RSS
РосКомНадзор

Создатели рубрики
Роман Котков и Ольга Щербинина

Заставка
Андрей Смагин


Рекомендуем

ЭКСКЛЮЗИВ: Интервью с оформителем комиксов Кириллом Ивановым

25.02.2015, 14:11 — Ольга Щербинина 3921 0

Каждому городу нужны герои, а каждой индустрии — мастера своего дела. Мы поговорили с оформителем комиксов Кириллом Ивановым, который сотрудничает с издательствами XL Media, «Комильфо», Viverra Publishing, «Бумкнига» и другими. Именно благодаря ему многие российские издания комиксов и манги приобрели свое лицо.

SPIDERMEDIA: Кирилл, ты из тех людей, которые застали зарю появления иностранных комиксов на русском языке. Не вспомнишь, какая первая книга (или выпуск) попала тебе в руки, и когда это было?
Кирилл Иванов: Самой первой моей книгой стала тоненькая книжка формата А4 в мягкой обложке с незамысловатым названием «Комиксы», как позже выяснилось, с перепечатками из французского журнала «ПИФ». Там была история про Фанфана-Тюльпана, какой-то вестерн, несколько коротких историй про Пифа и еще некоторых известных героев французских BD. Было это довольно давно, где-то летом 1989 года. Я тогда жил под Москвой в доме отдыха с мамой, в один из дней мы поехали на ВДНХ, где на эту книжку и наткнулись. По каким-то странным причинам, книга была зачитана мною до дыр, ведь раньше я комиксами особо не увлекался (хотя видел их в журналах «Мурзилка» и «Веселые картинки»).
SM: Какие в основном серии выходили на русском языке в 90-е? Как ты впервые познакомился с мангой?
КИ: В 90-е выходило довольно много комиксов, многие из которых как раз были отечественными. Через год мы опять отдыхали под Москвой, и мне удалось заполучить сразу несколько книг: во-первых, первый русский сборник «Миссия»; комикс, нарисованный по мотивам «Трудно быть богом» Стругацких (кстати, безо всяких указаний авторства, так что про то, что это адаптация, я узнал намного позже, уже прочитав роман); и три книжки BD. Потом я уже стал скупать буквально все, что выходило, а выходило в то время довольно много: и сборники разных комикс-студий (среди которой была и Студия КОМ), и первые издаваемые синглы-журналы «Микки-Маус», «Индиана Джонс», «Фантом» и прочее. Также я старательно вырезал комиксы из различной периодики и журналов — все это хранится у меня до сих пор и может быть в ближайшее время я все-таки найду время, чтобы все это отцифровать и выложить в сеть, так как многие из вещей довольно раритетны. Вообще создание электронного хранилища комиксов, где все было бы рассортировано и отсистематизировано по годам и художникам и где любой посетитель смог бы со всем этим познакомиться — моя давняя мечта. Манга в нашей стране появилась значительно позже, лет через 10 — уже в конце 90-х, с появлением клуба R.An.Ma., популяризирующего японскую культуру. Хотя сам я познакомился с мангой значительно раньше — в 95 году, на первом курсе факультета журналистики, когда мне подарили томик манги про Люпена III. Я очень долго ломал голову, как его читать, ведь никаких объяснений про обратный порядок нигде не было, но в итоге дошел до всего своим умом.
SM: О, то есть по образованию ты журналист?
КИ: Да, правда, в не совсем привычном значении. Но я заканчивал кафедру производства и оформления, так что, можно сказать, работаю по специальности. При этом я начал работать верстальщиком в газете еще до поступления в СПбГУ, у нас в городе была местная газета, где я занимался вещательной сеткой кабельного канала: ставил фильмы, писал к ним рецензии и аннотации, заодно верстал страницы с ними и другими новостями кино.
SM: А какая была первая работа с комиксами? В каком издательстве, как туда попал?
КИ: Самая первая, как у всех это обычно, в сканлейте, в конце 90-х, правда, тогда еще этого термина фактически не было как такового. Мы для питерского филиала R.An.Ma. делали переводы манги, часть из нее я переводил с французского и заодно адаптировал сканы. Кажется, первыми были манга Gunnm Юкито Кисиро и известная всем «Сэйлор Мун». Потом в издательстве «Домино», где я до этого верстал художественную литературу, решили выпускать мангу, и заниматься ею поручили мне. Но это было уже гораздо позже, в 2007 году. Собственно, с 2007 года по 2013 (импринт «Домино» впоследствии станет известным всем «Комикс-артом»), я и работал там над мангой и комиксами, выполняя должность руководящего отделом верстки: верстал и ретушировал сам, раздавал работу фрилансерам-верстальщикам и ретушерам, приводил все после них в божеский вид и сдавал в печать. Все это время я занимался коллекционированием комиксов и манги, как в бумажном, так и в электронном виде (преимущественно во втором).
SM: В «Комикс-арте» ты занимался не только версткой, как появилась идея делать к книгам примечания?
КИ: Собственно, к части манг мы и так делали примечания (к примеру, поясняя всякие нюансы в «Наруто» или «Обители ангелов»), я помогал любыми посильными способами редактору этих серий, Анне Логуновой, которая и писала эти примечания. А идея делать подробные и обстоятельные примечания именно к комиксам принадлежала редактору «Сэндмена» Михаилу Назаренко, который взвалил на себя неподъемный труд по расшифровке этого произведения для русских читателей. Именно после его работы у меня появилась идея сделать нечто подобное для супергеройских комиксов, которые, будучи вырванными из контекста, тоже не всегда понятны неподготовленному читателю. В итоге я подготовил примечания для трех книг: первого «Супермена. Земля 1», «Лечебницы Аркхем» и «Бэтмен: Тихо». Часть моих примечаний также вошла в «Книги магии».
SM: Да, это была отличная идея. Но потом ваши дороги с «Комикс-артом» разошлись, теперь ты сотрудничаешь сразу с несколькими издательствами. Они тебя друг к другу не «ревнуют»?
КИ: Ну, пока до открытой ревности не доходило, главное — стараться выдерживать график работы, чтобы никого не подводить.
SM: Расскажи, пожалуйста, в чем же все-таки заключается работа верстальщика комиксов? Если можно, начни с азов.
КИ: Как правило, верстальщик занимается версткой текста в пузырях, иногда локализацией вывесок и прочих надписей. Часть людей берут на себя полное оформление книги: подбирают шрифты, делают локализацию звуков и ретушь, если она необходима, занимаются разработкой логотипа на обложке и сдачей книг в типографию. Собственно, делают все «под ключ», выполняя полный спектр работ, так, чтобы издателю можно было только получить книгу и пустить ее в продажу. Но, как правило, таких людей не слишком много, спектр работ обычно делят между собой несколько человек.
SM: И ты среди мастеров на все руки?
КИ: Ну как бы да. =)
SM: Думаю, для наглядности можно рассмотреть одну из твоих работ. Самое актуальное — «Восток Запада», вокруг которого разгорелась жаркая полемика. Так будет понятнее читателям. Ты ведь делал ее полностью?
КИ: Оформление — да. Но помимо этого там есть еще и работа переводчика и редактора перевода, а также корректора и выпускающего редактора, который также отсматривает макет.
SM: Поговорим немного о технических моментах: в каком виде обычно приходят материалы от издательства?
КИ: Среди комиксов принято делать различие: совсем старые, сделанные до 2000-х, и более новые. Каждый из них различаются разными подходами. Если раньше комиксы делали от руки — рисовали вручную прямо на изображении пузыри, делали разметку строк и потом местный каллиграф вписывал туда текст, — то с 2000-х годов, с приходом компьютеров, жизнь оформителей значительно упростилась — пузыри делают в кривых, текст и звуки — шрифтами. Но, к сожалению, до сих пор нельзя похвастаться тем, что все материалы приходят в надлежащем виде. Иногда издатель может прислать сведенные картинки с текстом и пузырями, хотя до этого верстка шла с чистыми исходниками и изображениями, а пузыри и текст со звуками были наложены на них отдельными слоями. В итоге русским оформителям приходится проделывать дополнительную работу по ретуши и расширении пузырей, ведь русский и английский тексты могут сильно различаться по размеру, а для того, чтобы наш текст гармонично смотрелся при верстке, пузырь надо либо расширить, либо уменьшить.
То же самое касается и звуков. Часть художников до сих пор рисуют звуки прямо на изображении (тот же Брайан Ли О’Мэлли или Ник Драготта), приходится перед тем, как локализовать этот звук, сначала удалить старый, а потом поверх него поместить новый. В случае же «Востока» издатель вообще прислал для работы pdf-файлы для печати. Любые попытки получить от них чистые материалы не принесли никакого результата. В итоге часть изображений пришлось ретушировать и делать свои пузыри в кривых. Изображение на задней обложке — одна из вариативных обложек первого выпуска. Ее пришлось восстанавливать вручную, убирая огромную надпись EAST с нижней части рисунка.
SM: Хорошо, давай разберём конкретные моменты, вокруг которых разгорелась дискуссия. В подобных случаях фоновая картинка обычно полная? Если убрать «ВЖИК», будет заполненная прямоугольная панель? Или нарисовано строго под звук, и тебе при локализации приходится дорисовывать?
КИ: Да. Все звуки в комиксе нарисованы Драготтой, это не шрифты. В данном случае здесь изображение рисовалось им именно под конкретные английские буквы. Там есть звук BLAM в самом начале книги, где Смерть стреляет в ногу президента. Для того, чтобы сделать его корректно, пришлось немного двигать части рук и ног. Здесь, если вы возьмете оригинальный звук, тоже видны некоторые изменения — плечи тела с отрубленной головой стали значительно шире, чем были. К сожалению, это неизбежное зло при работе с русскими буквами — тут требовалось не только выстроить сам звук, но и практически оставить нетронутым само фоновое изображение, чтобы читателю было понятно, что на нем происходит. Вдобавок, если взять книгу, можно увидеть, что сам фон там представляет довольно сложный градиентный переход по цветам, что тоже добавляло немного хлопот при ретуши.
SM: А такие панели, получается, пришлось вручную зачищать, потому что ни о каких слоях речи и не было, а потом уже отдельно накладывать локализованные звуки?
КИ: Да, именно так, фон полностью очищался, затем на нем рисовались вручную звуки. Причем, я по глупости, увлекшись работой, отрисовал оба этих кадра без учета пузырей, как потом выяснилось, часть этих звуков оказалась скрыта. В принципе, при пристальном изучении всегда можно определить, какой звук нарисован художником, а какой сделан шрифтами.
SM: Раз уж речь зашла про шрифты. Я так понимаю, не стоит ожидать от издательства локализованные версии? Что делается в этом случае? Подбирается максимально похожий русский шрифт? Или он набирается вручную?
КИ: Как правило, от издателей невозможно получить даже оригинальный шрифт. Если верстка оригинального издания делается по слоям, то шрифты всегда переводят в кривые. К тому же зарубежные издатели почти всегда работают на Mac OS, и часть их шрифтов попросту некорректно конвертируется под Windows. А так как в современных комиксах используется дикое разнообразие шрифтов, и есть масса контор, занимающихся их разработкой, то всегда приходится идти на какой-то компромисс. К слову, в другом издании Viverra — «Рай», диалоговых шрифтов было 6 штук, и это не считая шрифтов на дополнительные логотипы, оформление подписей и прочее.
Многие из российских издателей предпочитают не обращать на это внимания и делают верстку одним шрифтом, я же стараюсь добиться максимальной идентичности. Правда, это не всегда удается со шрифтами текстов из пузырей, но лого и прочие надписи я подбираю максимально тщательно, и, как правило, из тех же шрифтов, что используются в оригинальных изданиях. Для этого обычно ищется английская версия шрифта, если ее не найти, идут в ход совсем уже экстремальные меры — выдергивание символов из сетки платных шрифтов с последующей обработкой или изготовление русских букв на основе уже имеющихся английских. Буквально недавно, когда на Медии шли жаркие дебаты по поводу «Востока», я как раз занимался подобной работой, адаптируя шрифты Тодда Кляйна для сборника Геймана «Создания ночи» — выявить их в сети никак не удалось, даже его личный сайт не помог.
Аналогично и со звуками. Если звук сделан из шрифтов, то я проделываю то же самое с его символами. Если нарисован от руки, то рисую. Последнее как раз проделывалось в книгах «Смертельно прекрасна», «Шансы» и ряде других изданий. К сожалению, для «Востока» именно этого шрифта нет ни в русской ни в английской версии, чтобы попробовать локализовать его. Со многими комиксными шрифтами похожие проблемы. Можно, конечно, приобрести этот шрифт за 30-50 долларов за одно начертание, но это тоже не выход, тем более, что шрифт может использоваться только в одном комиксе и нигде больше.
SM: Размер шрифта тоже в твоем ведении? Чем, например, обусловлен выбор более крупного кегля в некоторых случаях? По какому принципу выравнивается текст?
КИ: Размер кегля обычно делается чуть больше для лучшего восприятия читателя, мелкий текст всегда читается хуже. Я всегда печатаю текст верстки на принтере в оригинальный размер страницы, а потом уже решаю, будет ли он достаточно хорошо читаем или нет. К тому же, в силу того, что шрифты не идентичны оригинальным, у каждого из них есть свои нюансы для восприятия. Про выравнивание это опять же мое самовольное решение. Для начала сравните плотность русского текста и английского, особенно последнюю отдельную строчку. Уместить русский текст в одну строку не удастся, как ни старайся, то есть полной идентичности уже не добиться. К тому же в русском тексте при выравнивании влево текст дает весьма ощутимую «лестницу» из-за разной длины слов. Можно, конечно, попытаться решить все переносами, но и тут есть свои правила — нельзя, к примеру, делать больше трех переносов подряд, да и вообще, я стараюсь не переносить слова так, чтобы одна из частей представляла собой слог из двух букв. Плюс еще многие люди банально не любят переносы в словах при верстке, считая их некрасивыми, это тоже надо учитывать. Текст, выровненный влево, плохо смотрелся по отношению к линии кадра справа, к которой прижималась образовавшаяся «лестница» из строк — все это выглядело банально некрасиво. В итоге я поменял выравнивание, выстроив текст вдоль линии кадра, и сделав его зрительно более логично расположенным и визуально красивым. К слову, американцы практически всегда делают текст автора в прямоугольных титрах, выровненным по левому краю. У нас не всегда удается добиться, чтобы текст гармонично ложился в таких прямоугольниках и не смотрелся кусками из-за разной длины слов. В итоге, я очень часто «нарушаю» исходное оформление, делая выравнивание текста по центру, так он смотрится гораздо лучше.
SM: А выделение отдельных слов? Это задача переводчика, редактора или твоя определить, что надо, а что не надо оставить?
КИ: С выделением у нас в стране тоже отдельная беда. Как правило, переводчики сохраняют 100% акцентирование полужирным оригинала, забывая при этом, что в русском языке акцент может звучать совершенно иначе. Вообще излишнее акцентирование и практически полное копирование оригинала почти всегда смотрятся комично и очень сильно усложняют восприятие текста. Глаз сразу цепляется за выделенные слова, в итоге часть смысла фразы при первом прочтении может потеряться, и фразу придется перечитывать. А если весь отрывок в пузыре пестрит подобными выделениями, то читать текст, по моему мнению, становится вообще невозможно.
У меня есть одно довольно простое правило, которого я придерживаюсь: если в произнесенной вслух фразе акцентируемое слово не выглядит комичным и достойно усиления, то я его акцентирую. Если нет, то нет. Как правило, в русском языке есть и без того множество приемов, служащих для усиления каких-либо акцентов. Создавать дополнительные — не всегда нужно и правильно. Опять же, надо не забывать о читателе, ему этот текст читать. В «Востоке» же задача была усложнена еще и тем, что там есть два типа выделения текста: полужирный курсив и просто курсив. И понять, чем именно руководствовались авторы или редакторы при подобной разметке, решительно невозможно. Опять же, тут я решал сам, где это требуется, а где нет, при этом стараясь сохранить внешний вид оформления оригинала. Кстати, многие из издателей вообще игнорируют не только выделение полужирным, но и уменьшенный размер кегля в пузырях, обозначающий шепот.
SM: Сколько времени примерно занимает работа над одной книгой? Уже понятно, что по-разному, в зависимости от качества и сложности исходного материала, но примерно?
КИ: В зависимости от сложности работы от двух до трех недель.
SM: И какая книга за последнее время далась тяжелее всего?
КИ: «Шансы» и «Смертельно прекрасна», в основном, из-за огромного количества тяжелых звуков и ретуши (хотя в «Смертельно прекрасна» я не делал все оформление и верстку). За эту книгу я даже удостоился похвалы от создателей комикса Риос и Деконник, они были очень впечатлены моей работой по локализации. Из совсем последнего — еще сборник Геймана «Создания ночи», по ретуши живопись Зулли и Болтона на холсте не самая легкая из задач, тем более из-за сведенных материалов опять пришлось ретушировать чуть ли не всю книгу.
SM: Есть ли какой-нибудь зарубежный комикс, над которым ты мечтал бы поработать?
КИ: Я очень хотел поработать над «Скоттом Пилигримом» и «Хеллбоем», обе этих серии — две мои давние мечты. Со «Скоттом», к сожалению, ничего не получилось, но, с другой стороны, я сделал другую отличную книгу О’Мэлли — Seconds. А над «Хеллбоем», надеюсь, поработаю и уже довольно скоро. Как минимум, над ретушью и звуками. Еще у меня была любимая серия манги «Берсерк», к которой я тоже множество усилий приложил и в плане верстки, и в плане работы над текстом. Я вообще очень люблю Миуру, с радостью бы делал любую его мангу.
SM: Не хотелось бы самому нарисовать комикс? Или сочинить?
КИ: В школе под впечатлением от комиксов я уже рисовал и писал свою собственную серию. Графика там была по типу палка-палка-огуречик (про комикс «Цианид и счастье» в начале 90-х никто не знал). Сюжеты там были в основном из шедших в видеосалонах боевиков и фильмов ужасов, хотя я неожиданно для себя сделал даже адаптацию «Вия» Гоголя, причем со счастливым концом, где герой отрубил Вию голову и взорвал церковь со всей нечистью. А если серьезно, то я давно мечтаю сделать свою серьезную серию в стиле магического реализма, про путешествия между мирами, в общем, что-то в духе Нила Геймана и Алана Мура. Может, если доведу ее до конца (я хочу, как минимум, сделать полный сценарий на всю арку с раскадровками, чтобы не затягивать потом по времени с выходом, как многие наши отечественные серии), то даже попробую предложить в BUBBLE. Чем черт не шутит!
SM: А пытался подсчитать, сколько всего книг сделал за карьеру? Мангу? Комиксы? Я недавно пробовала, но со счета сбилась (и это издания за последний год).
КИ:Я на самом деле уже почти 9 лет работаю над комиксами, в следующем году можно праздновать юбилей. Для «Комикс-арта» я сделал больше ста книг манги и еще столько же переработал после верстальщиков. А за прошлый год книг 20 где-то получилось.
SM: Напоследок еще один вопрос пришел в голову. Есть ли у тебя кумиры среди леттереров, учитывая близость к твоему ремеслу?
КИ: В основном Тодд Кляйн, он просто нереально всего сделал в своей жизни. У него даже на сайте есть телега, типа: «Всего, что сделал, не помню, поглядите в разных базах данных». Просто он именно руками столько всего сделал, человек редкого поколения. Еще Гаспара Саладино с Дэйвом Маккином тоже сильно уважаю. В материале использованы изображения из комиксов «Шансы», «Смертельно прекрасна», «Сага», «Рай», «Восток Запада», «Создания ночи». Спасибо Станиславу Шаргородскому за помощь в подготовке к интервью.
TransistoR, 25.02.2015 15:02:07
Это просто фееричное интервью. Узнал много нового. Кирилл несомненно крут.
Дмитрий Андреев, 25.02.2015 17:02:35
Прекрасное интервью. Огромное спасибо Кириллу за то, что он делает, за то как он делает и за то, что делает это красиво. Большое спасибо и Ольге.
Aloha, 26.02.2015 12:02:24
Здорово. Не просто профессионал, а фанат своего дела - это всегда здорово.
meat_eater, 26.02.2015 14:02:50
Отличное интервью!
Ещё много интересного
19.03.2015, 11:36 — Евгений Еронин
Реакция на историю с обложкой Batgirl вскрыла большую проблему российской комикс-культуры.
15255 271
05.06.2015, 08:11 — Евгений Еронин
UPDATE: Вышел второй тизер!
16046 142
22.03.2015, 19:03 — Евгений Еронин
В конце недели произошло сразу два неприятных случая, в которых российские издатели комиксов показали себя не с лучшей стороны. Мы решили провести беспристрастную аналитику этих событий.
12341 103