RSS
Рекомендуем

Daredevil vol. 2

03.06.2015, 15:00 — Евгений Еронин 10217 26

Почти 6 лет назад элитный блогер Юрген Гесс написал обзор первого тома серии Daredevil (всего-то около 400 выпусков), приуроченный к выходу номера 500. Юрген обещал написать сиквел, но до него дело так и не дошло. Сейчас очень удачный момент, чтобы исправиться, ведь вышел первый сезон сериала Netflix, который все посмотрели, всем он понравился и прямо сейчас подробные рецензии публикует наш Леша Замский.

Прочитав текст Гесса, вы узнаете, что представляли из себя комиксы про слепого виджиланте первые 30 лет своего существования, от середины 1960-х до середины 1990-х. Я же наконец-то расскажу, как Сорвиголова в 2000-е и 2010-е не просто сохранил собственную серию без превращений в уже никому не нужного C-листера, но утвердился в статусе лучшего супергероя Marvel и нашел сценаристов, которые дали прикурить Миллеру и Носенти.

Продолжить дело легендарного блогера, даже спустя столько лет, мог лишь другой легендарный блогер. Можете считать Гесса Ридли Скоттом, а меня Джеймсом Кэмероном. Только, если следовать этой аналогии, больше никому никогда нельзя будет писать про Сорвиголову (хахаха).

Краткая справка: Сорвиголову создали Стэн Ли и Билл Эверетт, в ранг интересных и значимых героев его перевел Фрэнк Миллер, придумавший Электру и все сопутствующие элементы. Креативный зенит серии произошел в 1980-е, в 1990-е она трагично сдулась под влиянием всеобщего мейнстримного дебилизма. После банкротства Marvel великий Джо Кесада, этакий Константин Эрнст для американских комиксов, только ушедший (на повышение) непобежденным и не окунув репутацию в мутное болото, занялся возрождением издательства, и на созданных под его эгидой комиксах выросло новое поколение читателей. Одним из них и стал новый том Daredevil.


Кевин Смит (Kevin Smith): #1-8 (1998-1999)

Художник: Джо Кесада (Joe Quesada)


Начнем мы с Кевина Смита, который уже появлялся в другом лонгриде Спайдермедии, причем тоже в качестве автора, которому доверили запустить новый том и задать новую траекторию развития персонажа. Конец 90-х — невинное время, когда Фред Дерст был легитимной рок-звездой, а Кевин Смит действительно являлся одним из самых актуальных и самобытных деятелей культуры. В следующем десятилетии ветер переменился, но это уже другая история.

Упомянутого выше Кесаду назначили главным редактором в 2000-м, но уже в 1998-м он встал во главе линейки Marvel Knights, в рамках которой и перезапустили Daredevil. Кесада был не только блестящим менеджером, но и подающим надежды художником (его карьера, кстати, стартовала в Valiant). Однако так уж сложилось, что из-за руководящей позиции он не имел физической возможности рисовать на постоянной основе, поэтому его стиль и качество исполнения не особо изменились за уже (иисусе) 30 лет, оставшись переработкой наследия комиксных художников, вдохновлявшихся Альфонсом Мухой, и спроецированным через расхлябанность и крикливость, присущие мейнстримному рисунку 90-х. Совместный со Смитом сюжет Guardian Devil представляет из себя прекрасный срез кесадовского стиля. Все это вы встречали у других художников, сформированным и улучшенным: лица отлично изображал Кевин Магуайр, вензельки вокруг панелек рисовал Майкл Калута, выстраивать композиции со временем научился Грег Капулло.

Грузный рисунок Кесады делает историю Кевина Смита еще более душной, чем она есть. Можно подумать, что такими словами я сейчас ругаю сценарий, однако нет — просто это, пожалуй, самый серьезный комикс из всех, написанных Смитом. Сюжет типичный для Daredevil: таинственный злодей начинает разрушать жизнь Сорвиголовы, пытаясь деморализовать перед тем, как нанести финальный удар. Все на месте: непростые отношения с матерью героя, оставившей семью и буквально ушедшей в монастырь, бесконечная рефлексия из-за вечных неудач с женщинами, которым по жизни везет даже меньше, чем Сорвиголове (основная боль по самой несчастной из всех возлюбленных Мэтта Мердока — Карен Пейдж, обычному человеку, вставшему на путь саморазрушения), еще более трудные отношения с богом и верой. Все это мусолится в течение продолжительного времени, в арке 8 частей. Постоянное ощущение тревоги, злости и неопределенности охарактеризует всю серию на несколько лет вперед, но Guardian Devil обособлен тем, что в нем накапливающийся внутри Мердока негатив практически не находит выхода — экшена в комиксе мало, он диалоговый. Это потом будут grim’n’gritty и прыжки на шастающих по темным подворотням гопников, начался же том с интересной попытки примерить методы задумчивых комиксов Vertigo, вышедших в свою очередь из графомании Алана Мура.

Смит, как ни крути, состоявшийся на тот момент киносценарист, в комиксах дебютировал так же, как многие до и после него: излишне стараясь, чтобы на каждой странице было заметно писательство. Позже он освоился и расслабился, но ничего более взрослого и тематически цельного уже не создал. Guardian Devil 6 выпусков смущает, утомляет, раздражает, чтобы в 7-м вознаградить за терпение и разложить все по полочкам. Смит обезопасил себя и прикрылся от обвинений во вторичности и бредовости некоторых поворотов, привязав абсолютно все к внятной и правдоподобной мотивации главного злодея. Их битва с Сорвиголовой исполнена идеально: Мэтт лишь один раз метко бросает свой стик, а побеждает хорошо подобранными словами.

Не могу сказать, что это охренеть какой амбициозный и успешный старт онгоинга, который сразу же захочется читать. Скорее захочется отдохнуть недельку от комиксов, а от Daredevil и дольше. Но авторам не должно быть стыдно. Для Смита это, наверное, завершение первого и лучшего этапа во всем творчестве в принципе.

Серьезные люди за работой: Кевин Смит, Джо Кесада и Джимми Пальмиотти, выступавший инкером


Дэвид Мэк (David Mack): #9-11, 13-15, 51-55 (2001, 2003-2004)

Художники: Джо Кесада (Joe Quesada), Дэвид Росс (David Ross), Дэвид Мэк (David Mack)


Смит сделал как сделал, но серию это никуда не привело и не успев начаться она вошла в неоднородный период. Это не назвать чередой фальш-стартов перед 26-м выпуском и Бендисом-Малеевым, все эти 25 первых номеров по-своему интересны, и все же комикс превратился в антологию. Но не резко — следующий за Guardian Devil сюжет рисовал тот же Джо Кесада. А вот писал Дэвид Мэк — автор artsy-fartsy комикса Kabuki, который надо читать только со стаканом абсента в руке. Мэк как автор больше художник, чем сценарист. Выражается это в том, что он не иллюстрирует свой текст картинками, ему удобнее встраивать текст в коллажи, которые у него получаются при создании комикса. Чистота видения будет при втором заходе на серию (51-55), когда он сам будет отвечать за рисунок, но и в первом сюжете влияние Мэка нельзя не заметить. Самая первая страница — тест на выносливость:

Обладатель бумажной версии или планшета просто повертит ее в руках (предварительно настроив планшет так, чтобы он не крутил экран вместе с вами), читая с компьютера нужно будет вытащить картинку и крутить ее в программе просмотра изображений, либо плюнуть на такие ухищрения и просто свернуть шею, встав перед монитором кверху задом. Добро пожаловать в век цифровых технологий!

Если Guardian Devil — то, как видит комиксы Джо Кесада, то в Parts of a Hole уже идут попытки адаптироваться под новые правила, и получается значительно лучше и интереснее. Сложность композиций, которые рождает Мэк, уравнивается простотой самих изображений, из которых они состоят. Рисунок Кесады будто стряхивает множество деталек, которыми щеголял у Кевина Смита, чтобы совсем уж не перегрузить мозг читателя. В итоге этот сюжет при вроде как более хитром графическом воплощении наоборот воспринимается легче.

Я опять почему-то начал с рисунка, а о чем, собственно, комикс?

Комикс вводит персонажа, вокруг которого будут построены оба захода Дэвида Мэка на Daredevil — девушку-индианку по имени Майя Лопез, которая чуть позже получит прозвище Эхо. За ней стоит потрясающая задумка: Эхо абсолютно глуха, но компенсирует это особо острым восприятием мира. Для слепого Сорвиголовы звуки и движения рисуют картинку, Эхо же слышит звуки в колебаниях воздуха и цветах. Никакая радиация ее чувства не усилила, просто она с самого детства тренировалась и медитировала. Мэтт Мердок — fighter, Майя Лопез — artist, рассказчик, которая не отбивается от невидимого, она как раз прекрасно видит мир, но пытается его понять, услышать. Отличное противопоставление еще и в том, что отец Эхо был убит, когда она была еще совсем маленькой, поэтому вторым отцом для нее стал Уилсон Фиск. Мы знаем, что Кингпин может быть любящим мужем, через Майю его показывают и как заботливого отца (с родным сыном у него все было не так гладко), пусть их отношения и построены на лжи, которая их в конце концов разрушит.

Концептуально персонаж Эхо очень интересный, и Мэк старается представить ее не только словами, но и изображениями, участвуя в арт-части (сразу видно, чьей рукой созданы акварельные фоны). Майя Лопез — новый роман для Мердока, затем новый враг для Сорвиголовы и в финале новый виджиланте. Параллели с Электрой напрашиваются сами собой, но во втором сюжете, Echo, Мэк уведет своего персонажа максимально далеко от очевидного развития, убрав со стола всех, кроме Майи.

По тем или иным причинам Daredevil на втором арке стал поскрипывать, выдавая выпуски уже не каждый месяц. Видимо, начался процесс перехода Кесады на пост главного редактора издательства, и на рисование времени осталось меньше. Посреди сюжета даже пришлось сделать бессмысленный филлер, написанный Кесадой и Пальмиотти, в нем показали схватку Сорвиголовы и Эхо глазами обычных жителей Адской Кухни. 12-й выпуск не откровенно плохой, просто ненужный, особенно сейчас, когда проблемы ожидания нет и вышло уже все, что надо. Можете смело пропускать. К финалу сюжета Кесаде уже конкретно понадобилась помощь художника Дэвида Росса (откровенно говоря, через весь сюжет не покидает ощущение, что рисовал кто-то еще, слишком нетипично выглядит, но доказать ничего нельзя).

А вот Echo, возвращение Мэка, случилось в ключевой момент рана Бендиса и Малеева, и было поставлено стратегически верно, дав дуэту возможность перевести дух перед второй половиной мучений.

Если попытаться пересказать, то получится типичный и просто построенный сюжет: Эхо ищет себе место в этом мире, навещая то Фиска, то Мердока, а потом встречая еще и, простите за легкий спойлер, философствующего Росомаху. На деле же комикс интровертный: Майя продолжает размышлять о тех же вещах и переживать те же флэшбеки, что в первом появлении, с той лишь разницей, что сейчас Мэк не озабочен привязкой к миру Сорвиголовы. Echo — даже не сиквел Parts of a Hole, а расширенное и улучшенное издание линии Лопез. Комикс Дэвида Мэка не развлекает и не интригует как история, но интригует и завораживает как произведение искусства.


Брайан Майкл Бендис (Brian Michael Bendis): #16-19 (2001)

Художник: Дэвид Мэк (David Mack)


Его имя как omnipresence, Бендис был всегда и повсюду и остается там же, даже в большем объеме. Его имя ворвалось в Россию с первым потоком журналов от издательства «Комикс», мы, тогда еще будучи школьниками, сходили с ума от его инновационной идеи рассказать ориджин Человека-Паука за 7 выпусков (Питера Паркера укусили в самом конце первого!). Потом этот поток американских супергероев зарядил нас искать комиксы в интернете, и вскоре мы уже сходили с ума от того, что Бендис перебил половину Мстителей (хотя мы ничего про них до этого не читали, и какое нам по сути дело?). История любви тянется до сих пор, теперь мы читаем Тумблер Бендиса с его смешными гифками вместо ответов на вопросы и с недоумением смотрим сериал Powers (если кто-то еще находит суперсилы его смотреть). Вы только подумайте: 3 из 4 шоу Netflix многим обязаны именно этому веселому лысому мужчине. Daredevil мы уже видели, с AKA Jessica Jones все просто, он ее создал, его сюжеты будут переносить на экран, Люка Кейджа тоже вытащил на передний план в XXI веке Бендис. Только для Железного Кулака он ничего значительного не сделал (кроме, разве что, белого костюма в New Avengers...).

Он не за одну ночь превратился в самого популярного сценариста индустрии, как какой-нибудь Скотт Снайдер. Брайан Майкл Бендис работал как черт 10 лет, прежде чем его позвали в Marvel писать Ultimate Spider-Man. Зачем? Почему именно его? Если честно, до сих пор непонятно, но какая разница, если получилось. Бендис много рисовал, было такое время, сейчас история скинула этот его скилл с корабля — не так уж и жалко. Тем не менее его криминальные комиксы для издательства Caliber, а затем Image, достойны вашего внимания и рекомендуются к прочтению. Бендис обожал супергероев, но ему комфортнее всего было писать и рисовать нуарный нуар с длинными монологами. Под конец 90-х его заметил Тодд Макфарлейн, а чуть позже тогдашний главред Marvel Билл Джемас предложил ему писать... Человека-Паука, да, Человека-Паука, а это — статья о Сорвиголове.

Дело в том, что уже тогда, на ранней стадии, Бендис обзавелся самыми верными и талантливыми друзьями-коллабораторами — Майклом Омингом, с которым запустил Powers, и уже описанным выше Дэвидом Мэком. Благодаря Мэку Бендис и попал в Marvel.

Его первый сюжет для Daredevil — не совсем то, что потом будет вызывать у людей сложные эмоции и переиздаваться в разных форматах. История, проиллюстрированная самим Мэком, даже не о Сорвиголове вовсе. Главный герой — репортер Бен Урих.

Бен пишет статью про сына третьесортного преступника по прозвищу Leap Frog, ставшего свидетелем драки своего отца с Сорвиголовой. В сюжете из выпуска в выпуск повторяются одни и те же кадры и мысли, Урих задается одними и теми же вопросами, общение с мальчиком медленно раскрывает правду о том, что произошло на самом деле, а Джей Джона Джеймсон громко возмущается, что репортер тратит время, которое можно было бы уделить более важным и интересным вещам. На то же может жаловаться и читатель, но Бен непреклонен, и в этой непреклонности победа для персонажа и первая победа Бендиса.

Патрисию Аркетт уже тогда начали готовить к роли мамы

То, что написал в Wake Up автор криминальных историй, не имеет ничего общего ни с заходами остальных сценаристов Daredevil того периода, ни с последовавшим полноценным раном самого Бендиса, когда ему дали ключи от серии и позволили вносить радикальные изменения на всех уровнях. Wake Up — очень тихая и медитативная работа, в которой рефлексия и самокопания почти заменяют сюжет, но на деле оказываются его движущими факторами. В Wake Up домашнее насилие и сломанное детство не используются как галочки при создании чьего-то образа, наоборот — атрибутика комиксов про обтянутых в спандекс ночных героев работает на внедрение в супергеройский комикс темы, которую привычнее увидеть в малобюджетном кино или кабельной драме. Посреди серии про бессмертных ниндзя возникает сюжет про ребенка, которому нанесли психологическую травму. Сюжет непростой, производит очищающий эффект. Следующий после Бендиса автор напишет про совсем другое, и это будет аргумент в пользу полного тонального раздрая у Daredevil в начале 2000-х, но игра Бендиса на контрасте принесет плоды довольно скоро. Дэвид Мэк в свою очередь с одинаковым успехом изобразил как хаос в голове у ребенка, так и мир глазами Бена Уриха — реальность в оттенках дурного сна, в которой никогда ничего не меняется снаружи, хоть и постоянно бурлит внутри.


Боб Гейл (Bob Gale): #20-25 (2001)

Художник: Фил Уинслейд (Phil Winslade)


Из всех выпусков второго тома Daredevil про эти вспоминали меньше всего, если вообще — как сценаристы, так и читатели с критиками. Кевин Смит — это Кевин Смит, Эхо Дэвида Мэка позже вошла в состав Мстителей, а вот про Playing to the Camera напрочь забыли. Каждая часть онгоинга была чем-то интересна (даже самые хреновые моменты под конец тома были интересны тем, как резко все начало скатываться), а эта... Собравшись писать обзорную статью, я все перечитывал, и только номера 20-25 прочитал впервые, готовясь продираться через них со скрипом.

А между тем это захватывающее чтиво, от которого невозможно оторваться и чуть ли не лучший отрезок серии на тот момент. Не знаю, вызовет ли у кого ажиотаж тот факт, что арк написал Боб Гейл, главной заслугой которого до сих пор (и уже навсегда) является работа над трилогией «Назад в будущее» (позже он принял участие в великом человекопаучьем эксперименте Brand New Day, но про это давайте забудем), но его сценарий в Daredevil по-хорошему плотный, насыщенный, остроумный и, что важно, оправдывающий необходимость растянуться на 6 частей.

Playing to the Camera виртуозно справляется с задачей, которую многие авторы стараются аккуратно обойти: показать не только и не столько супергероя Сорвиголову, сколько юриста Мэтта Мердока. История начинается с того, что Мердока и Фогги Нельсона нанимает бизнесмен, собирающийся подать в суд... на Сорвиголову. Вскоре и сам виджиланте находит адвоката (женщину по замечательной фамилии Винокур), после чего стартует игра в юридические кошки-мышки, параллельно которой Сорвиголова пытается разобраться в инциденте, в котором его обвиняют (он к тому же уверен, что невиновен). На 6 выпусков Daredevil превращается в крепкий образчик сериала про битвы адвокатов. Если любите шоу вроде Law & Order, Damages, The Good Wife или любое другое ТВ про юристов, от Playing to the Camera придете в восторг.

Некоторые вещи не теряют актуальности

Единственный минус — развязка, завершающая хитрющий судебный процесс неожиданным роялем в кустах и без особых фанфар раскрывающая личность обязательного закулисного манипулятора. Все события имеют смысл, но поданы не совсем на том же уровне, на котором были исполнены предыдущие 5 глав. И тем не менее оно того стоит.

Рисунок Фила Уинслейда — самый традиционно-мейнстримный, какой можно увидеть в серии, даже Кесаду ловкий Пальмиотти периодически погружал в фрэнкомиллеровские тени, а тут все так ярко и классически, что не отличишь от того же Человека-Паука. Обложки Дэвида Мэка очень странно смотрятся в комплекте с таким содержанием, хотя и поддерживают визуальное единство оформления, которое уже не пропадет до самого финала тома. Но сюжету рисунок безусловно подходит: он живой, бодрый и каждый кадр постоянно чем-то занят, как и персонажи.


Брайан Майкл Бендис (Brian Michael Bendis): #26-50, 56-81 (2001-2006)

Художник: Алекс Малеев (Alex Maleev)


Ради этой части мы здесь и собрались.

Я уже рассказал вам, кто такой Брайан Майкл Бендис и почему он должен быть кому-то интересен, теперь то же самое сделаю с Алексом Малеевым.

Рисунок Малеева в Daredevil был одним из ярчайших моих впечатлений в период начала осознанного чтения комиксов. Он принял важнейшее участие при формировании моего вкуса на всю жизнь вперед наряду с Тревисом Чарестом, Джимом Ли и Фрэнком Куайтли. Был, наверное, кто-то еще в Vertigo вроде Теда Маккивера, Дункана Фегредо или Тедди Кристиансена. В общем, вот основы. Все очень разные, поэтому сейчас у меня и нет залипа на определенный стиль. Про то, как я, собственно, вижу стиль Малеева, уже было сказано в выпуске «Хэллбоймедии». Процитирую, если позволите такой произвол:

«Раньше у него было много „шершавых“ 3D-моделей (не в буквальном смысле трёхмерных моделей, просто не знаю, как лучше описать) сейчас он прокачался и научился скрывать тот факт, что работает с фотографиями, ещё виртуознее, всё ближе к рисунку».

И еще одна важная цитата: «Малееву всегда особенно хорошо удавались сцены диалогов, он умудрялся придавать напряжённость страницам с говорящими головами».

Хорошо, Евгений из апреля 2015, попробую раскрыть твою мысль.

Возможно, когда Бендис доживет до 97 лет и ему наконец надоест писать комиксы, а Железного Человека к тому времени будет играть уже пятый исполнитель роли, мы сможем оглянуться и устроить ретроспективу. Но я не стану ждать этого великого момента и скажу уже сейчас: Daredevil — его лучший комикс. И в этом абсолютная заслуга Малеева. Лучшим доказательством является 65-й выпуск, приуроченный к 40-летию чего-то — решительно не важно, чего. В нем основной художник серии отходит в сторону и на его место садится несколько хороших рисователей (Пи Крейг Расселл, Майкл Голден, Фил Хестер) и один катастрофически чудовищный (Грег Хорн хуже даже Грега Лэнда, и об этом можно написать отдельный лонгрид, который будут давать читать на пороге ада). И этот по идее праздничный номер оказывается низшей точкой великого рана. Почему? Против него работают сразу два фактора.

Во-первых, все истории здесь раскрывают недосказанности между уже показанных сцен. Недосказанности, которые не нужно было раскрывать. Мэтт не дал договорить Доктору Стрэнджу, когда тот начал задвигать очередную мудрую телегу? Это был замечательный момент, одновременно смешной и прекрасно отражающий состояние Сорвиголовы на тот момент. Зачем делать отдельную историю про то, как Мердок идет в Санктум Скротум или как он там называется, чтобы принести Стрэнджу глубочайшие извинения? Не надо было это делать. Не надо было делать весь выпуск, потому что, во-вторых, все эти отличные (и один мразотный) художники — не Алекс Малеев. И дело тут не в том, что у Малеева нимб над головой горит и он непревзойденный гений. Вовсе нет. Малеев, как ни крути, очень интересно обводящий фотографии парень. Нет, дело тут в том, что эти художники рисуют комиксы, старательно рисуют комиксы. Каждая панелька пропитана эмоциями. А сценарий Бендиса этого не просит. Ему не нужно пропитывать.

Если вы зайдете в паблик Cinemaholics и возьметесь пролистывать сцены из фильмов, что вы будете при этом делать? Пролистывать сцены из фильмов. Покадрово. Потому что это скриншоты. Там лица актеров меняются каждые две секунды? Нет, конечно. Если бы они менялись, это был бы паблик, посвященный творчеству Джима Керри. Не меняются лица. Не меняются лица и у Малеева. Когда у Бендиса в сценарии происходит драматическая пауза, эта пауза длится очень короткий промежуток времени. Поэтому его ругают за то, что художники часто повторяют одни и те же кадры. Да, это плохо, когда этим злоупотребляешь. И здесь мы приходим к главному выводу, ради которого вы читали эти абзацы: Малеев понимал и до сих пор понимает Бендиса лучше всех. Бендис — далеко не самый лучший сценарист комиксов, но в Daredevil был тандем двух «сырых» авторов, которые идеально дополняли друг друга своим отсутствием мастерства. Малеев буквально сразу понял, как надо держать драматические паузы, а это чуть ли не самое сложное.

 

Эта магия не возникла ниоткуда: Бендис и Малеев уже притерлись друг к другу на имеджевском Sam and Twitch — спин-оффе Spawn про тандем детективов. Чтение их нескольких выпусков рекомендовано для тех, кто уже проникся «Сорвиголовой», но если решите до них добраться, то скорее всего не пожалеете. Комикс не легендарен, но в нем авторы испытывают трюк, которым позже уведут землю из-под ног аудитории Daredevil: в сцене все время присутствует персонаж, которого ты замечаешь только в самый последний момент. Да, в лучшие свои моменты эти двое были мастерами комиксного иллюзионизма.

Любой замшелый комиксный блогер может перечислить, что произошло у Бендиса, и уже этим вызвать у всех приступы. Что произошло (спойлеры ахой):

  • Первым же делом убивают Уилсона Фиска. Ну как убивают — воспроизводят сцену из античного Рима, вдохновившую все тюрьмы по всему миру: группа уголовников активно наносит ножевые ранения Кингпину во все места, куда попадут.
  • Это нападение организует выскочка по имени Силке, который хочет занять место Кингпина. Все начинается с того, что он узнает страшную тайну: гроза преступников Сорвиголова — это Мэтт Мердок, и, что хуже всего, Фиск давно это знает, но ничего не делает (для лучшего понимания ситуации нужен Born Again, в котором Кингпин как раз узнает тайну и кое-что предпринимает).
  • Вся эта цепочка приводит к главному моменту. И когда он происходит, становится ясно, что комикс во втором томе нашел себя и взлетел: прессе сливают личность Сорвиголовы. Она перестает быть тайной.

Ран Бендиса и Малеева делится на несколько сюжетов. Каждый из них — законченная история, ставящая Сорвиголову перед проблемой, которую он решает к финалу, крайне далекому от понятия «хэппи-энд». Все они объединены общей атмосферой не спадающего напряжения и недосказанности. Мир комикса взрывается и далее на всех страницах, словно невидимый водяной знак, стоит знак вопроса. Сколько это может продолжаться? Сколько Мердок может жить и делать вид, что он — не Сорвиголова? Сколько еще будет пустовать место Кингпина? Daderevil теряет стабильность, куски картины расплываются в разные стороны, но Бендис ни разу не теряет управление. В его арках появляются все основные персонажи, которых ассоциируют с Сорвиголовой, и вводится несколько новых. Бендис метит высоко, ему не интересно просто переключаться между разными подругами и врагами Мердока, развивая основную линию на автопилоте. Одновременно с тем, как обрушить на своего героя лавину проблем, он открывает перед ним возможность личного счастья в лице милой слепой девушки Миллы Донован, пришедшей в мир Мэтта извне и никак с ним не связанной. Это уже не просто очередной роман: герой встает на перепутье. Мы смеемся над заявлениями в стиле «вселенная никогда не будет прежней», но, когда дело касается одного конкретного героя, сдержать обещание проще. Прошло 10 лет, и никакого отката не случилось, поэтому перечитывать Бендиса — особое удовольствие. Все радикальные решения имели последствия и остаются частью саги, продолжающейся до сих пор.

Мы как читатели давно определили для себя, почему Мэтт Мердок стал супергероем и почему он выбрал образ дьявола. Жители Нью-Йорка — отдельный вопрос. Пока Сорвиголова был «маской», его проще было воспринимать как данность. Мало ли таких прыгает по крышам? Но как только маска получила настоящее имя, Сорвиголова стал человеком из плоти и крови. По-настоящему публичной фигурой. И людям наконец стало интересно: зачем? Как можно так жить? В чем смысл? Почему рога? Отвечая на эти вопросы, Бендис не добавляет в свой сюжет псевдоглубину. Отвечая на эти вопросы, Мердок прежде всего обращается сам к себе, потому что ему ответы сейчас нужнее, чем кому-либо еще. Мэтт произносит две речи: одну перед бандитами (и она будет проходить рефреном через весь бендисовский период) и одну перед простыми гражданами. Обе они не несут в себе философских откровений, но и не должны — человек хоть существо и сложное, и мысли его часто трудно выстроить в логическую последовательность, его мотивы часто можно выразить одной ясной и короткой фразой. И Бендис, любящий графоманить и писать длинные диалоги, умело выдает такие фразы. В его словесном танце есть ритм. Вообще медитация над образом Сорвиголовы доказывает уникальность героя. На его месте в этой истории невозможно представить кого-либо еще из персонажей Marvel. И уж тем более Бэтмена, если брать самую популярную аналогию.

The Murdock Papers, конечно, выигрывает по накалу среди остальных сюжетов за счет того, что является финалом, но высшие точки рана стоят прямо перед ним и следуют друг за другом: в The Golden Age действие затрагивает сразу три временных периода, и Малеев расширяет свой диапазон, рисуя их абсолютно по-разному; творческий же пик Бендиса приходится на Decalogue — в нем группа жителей Адской Кухни с целью понять, как Сорвиголова повлиял на их жизни, делится друг с другом страшными секретами, которые в итоге складываются в одну жуткую историю.

Уходя с серии, Бендис сооружает эталонный финал, в котором не побеждает никто и проигрывают все. Сорвиголова оказывается в одной тюрьме со своими злейшими врагами, и в таком виде Daredevil достается новому сценаристу — Эду Брубейкеру. А через несколько лет выйдет долгострой End of Days, в котором Бендис завершит свою версию мифа о человеке без страха. Этому комиксу в принципе незачем существовать, и создан он в равной степени как для фанатов бендисовского подхода к DD, так, и чтобы потешить авторское самолюбие. К сожалению, уже без Малеева, он занимался другими проектами (тоже с БМБ, и почти ни один из них не достоин упоминания, к еще большему сожалению, обидная череда творческих фальш-стартов).


Эд Брубейкер: #82-119, 500 (2006-2009)

Художники: Майкл Ларк (Michael Lark) и Стефано Гаудиано (Stefano Gaudiano)


Ран Брубейкера уже на первом этапе вызывал гарантированный интерес, потому что начинался не с чистого листа, а с ныряния в клиффхангер. В руках хорошего сценариста даже банальное разматывание клубка не могло не выйти увлекательным. Взять то же «Возвращение джедая»: герои могут хоть все два часа с эвоками по лесу бегать, но начало держит, потому что Боба Фетт привозит замороженного Хана Соло во дворец Джаббы Хатта, а потом Люка пытаются скормить пустынному монстру и так далее. В 1983-м люди пришли посмотреть финал великой саги, но в первую очередь увидеть, как сценаристы выйдут из положения, в которое себя загнали.

Брубейкер — не хороший сценарист, а отличный, на момент прихода на Daredevil уже считающийся одним из самородков индустрии. Бендис, севший писать комикс в 2001-м, был неизвестной величиной. Брубейкер, заменивший его в 2006-м, имел в своей библиографии Catwoman с Дарвином Куком, Gotham Central с Грегом Ракой и Майклом Ларком, Sleeper с Шоном Филлипсом, и наконец к тому времени он уже воскресил Баки Барнса в Captain America. Когда его объявили новым сценаристом, все были в восторге (а те, кто не был, наверное, занимались чем-то другим — служили в армии, жили в секте, поднимали целину — и просто не были в курсе). Здесь надо перевести дух и отметить важный момент: это была первая за долгое время смена автора, при которой Daredevil имел статус одного из лучших тайтлов издательства и мейнстрима в целом, и ставки были высоки, ведь надо поддержать уровень.

Уровень не упал. Брубейкер, прихвативший с собой Ларка с того же Gotham Central, встретил испытание с улыбкой во всю ширину федоры и превратил решение сюжетной проблемы в блестящий сюжет длиной в шесть частей. Из-за количества ограничений и смертельных ловушек сценаристу пришлось включить фантазию на полную катушку. Если Мердок в тюрьме, то какой теперь Сорвиголова? И даже с учетом того, что он живет в мире летающих людей, продолжительное выживание в компании преступников, которые спят и видят, как бы его порешить, будет крайней неправдоподобно. Дебютный сюжет Брубейкера The Devil In Cell Block D — отличное первое заявление. Он доводит чужую историю, но делает это уже своим голосом. Взгляды тяжестью в тонну, едва различимые во тьме улыбки, игра людей, которые находятся в одном помещении, но позволяют себе замечать это только когда им нужно — несколько выпусков подряд Брубейкер показывает читателю свою коллекцию самого опасного оружия в мире, а потом начинает им жонглировать. После размашитости Малеева к более компактному и стройному Ларку можно привыкнуть не сразу (он еще и больше тяготит к общим планам, чем крупным), но перестраиваешься к концу первого же номера.

Однако при всей своей крутости The Devil In Cell Block D — всего лишь начало рана. И если оценить его целиком, выпирают проблемы. Комиксы про Сорвиголову, написанные Брубейкером, ни в коем случае нельзя назвать плохими или скучными, но, когда он закрыл практически все важные хвосты Бендиса, стало понятно, что его собственное направление для серии уже не так интересно. Мы спасли Хана, сразились с Джаббой и Бобой, но потом начинается основной сюжет, и мы идем в лес к эвокам.

Эвоки Брубейкера — это не поездка в Европу, которая хоть и имеет определенные провисания, ставит точку там, где Бендис поставил многоточие (Ванесса!). Его эвок — это Милла Донован, та самая милая слепая девушка, которую Бендис придумал примерно в тот же период, когда придумывал в Marvel темноволосых героинь с короткой стрижкой (Дейзи Джонс, Мария Хилл). У Миллы, в отличие от остальных, не было гонора, не было секретов, не было особого характера. Но она и не была обузой и тупым персонажем. Милла была самым обычным, весьма симпатичным человеком. Обузой она стала для Брубейкера, потому что он понятия не имел, что с ней делать. Чуть позже выяснилось, что он вел Мэтта Мердока в определенном направлении, и места жене героя (да, они даже поженились) там не было. Настал неудобный момент, когда надо более-менее аккуратно избавиться от очередной возлюбленной Сорвиголовы, но убить ее было бы чем-то сродни дурновкусию. Пришлось провернуть очередную комбинацию с коварным злодеем, методично разрушающим жизнь героя.

Ран Брубейкера силен моментами и где-то целыми сюжетами, но не смотрится цельным. Бендис сразу определил, что будет делать криминальный комикс про темные подворотни, встречи на заброшенных складах и внезапные драки. Брубейкер делал его, потом вернул адвокатскую практику (в крепком сюжете, воссоединившем уже всю команду Gotham Central — на 4 выпуска пришел подсобить Грег Рака), а потом, кажется, перешел к тому, чем и планировал запомниться. Очередной перелом во внутреннем состоянии комикса случился, когда сценарист вспомнил, что Сорвиголова — ниндзя. Криминогенная обстановка в Адской Кухне окончательно ушла на второй план и в центр встала война между двумя организациями — The Hand (плохие) и The Chaste (их враги). Появились занятный гендер-бендер персонаж Леди Буллзай и основатель The Chaste, старый алкаш Мастер Изо, и после некоторой беготни по крышам и прочих сюжетных манипуляций Брубейкер выдал свой финал сезона — Мэтт Мердок занял пост главы The Hand. Вместо того, чтобы тщетно пытаться победить зловещих ниндзя, почему бы не взять их под свой контроль? Этот смелый ход оставил серию в невероятно интересном и крайне опасном месте, потому что провалить такой статус-кво несложно. Все зависело от следующего сценариста.


Энди Диггл (Andy Diggle): #501-512, Shadowland #1-5 (2009-2011)

Художники: Роберто Де Ла Торре (Roberto De La Torre) и Билли Тан (Billy Tan)


А следующим стал Энди Диггл. И выступил он так феерично, что тайтл пришлось свернуть и перезапустить под новым соусом.

Тут опять нужен контекст. Диггл пришел в Marvel, имея на счету несколько хороших комиксов, но не так чтобы очень много. В основном, славился он совместными работами с художником Джоком — Green Arrow: Year One и вертиговским сериалом The Losers (легшим в основу фильма, в котором с Криса Эванса падают штаны и это самая запоминающаяся сцена. Фильму не повезло в прокате по двум обидным причинам: 1) он вышел в один год с похожей по задумке «Командой А» и 2) он был откровенно херовым). Ну и еще немного Hellblazer писал, было задорно.

Вот в этом «немного» была проблема. DC как будто не давал своему цветку раскрыться, и когда Диггл подписал эксклюзивный контракт с Marvel, началась новая увлекательная жизнь, полная возможностей. Диггла поставили на Thunderbolts и на Daredevil с ожиданием, что умеющий в экшен британец... даст экшену? Где-то уже через год, если не раньше, выяснилось, что проблема недооцененного таланта была не в редакторах DC, а в самом таланте. Опьяненные воспоминаниями о Losers читатели представляли, что комиксы Диггла залетят к ним в окно и начнут взрывать петарды в гостиной. На деле они же всего лишь несколько раз позвонили в дверь, убегая, стоило только подойти к глазку. Мы крикнули им вдогонку, что вызвали участкового, и они сгинули окончательно. Но если в Thunderbolts Диггл просто стремительно сдулся и перекинул комикс в руки другого автора, то в Daredevil за свой смехотворно короткий ран успел довести идею Брубейкера до абсурда и натворить Shadowland.

Сейчас никто уже толком и не вспомнит, что было в тех мифических первых 12-ти выпусках, которые стали для второго тома Daredevil финальными (единственная мелочь, которую будет не лишним отметить, — Диггл даже часть этой дюжины не смог выцедить в одиночку и позвал на помощь сосценариста Энтони Джонстона, автора Wasteland, сейчас издающегося в Image и помнящего о тех комиксах не больше меня). В общем, Мердок съехал по фазе и стал жестоким убийцей с замашками диктатора. Извините, опять сделаю ремарку «у Бендиса», но как тут промолчать: у Бендиса Сорвиголова объявил себя Кингпином. Это был шаг не практический, а скорее символический. В Shadowland Мердок действовал уже прямолинейно и бескомпромиссно, трансформируясь в Доктора Дума, только менее красивого (этот новый костююм, зачем).

«Шэдоуленд» — это тюрьма для врагов Сорвиголовы, построенная на месте здания, разрушенного Буллзаем во время ивента/статуса-кво Dark Reign (чувствуете, уже какие-то не те слова пошли?). Shadowland — один из худших комиксов про Сорвиголову.

Мало того, что это плохо написанная и не особо связная порнография мрачности и насилия (хотя этого бы хватило), комикс нарушает принципы Daredevil, за счет которых он жил все эти годы, и совершает смертельную сюжетную ошибку. Так называемый street-level Сорвиголовы не пересекался с остальной вселенной Marvel рекордный срок. Может, и наивно жаловаться, что устроенная Дигглом куча-мала нарушила девственную чистоту комикса, но здесь есть другой момент. На протяжении без малого сотни выпусков замечательные сценаристы писали личную драму Мэтта Мердока, заставляя его переживать такие вещи, которые сломили бы любого нормального человека. И Мердока они ломали, еще как ломали. Но Daredevil никогда не прекращал быть историей человека, каким бы неидеальным и местами неприятным он не становился. Я могу себе представить версию истории, в которой постройка «Шэдоуленда» оказалась бы крайней степенью безумия главного героя. Возможно. Но кульминацией многолетней истории, кульминацией второго тома стал твист о вселившемся в него демоне и последующем изгнании дьявола силами других супергероев. Такая вот intervention.

К сожалению, серия скатилась и в плане рисунка. Роберто Де Ла Торре был по сути таким же сырым, как в свое время Малеев, но не способным предложить чего-то своего, лишь имитируя предшественников. А мини Shadowland и вовсе иллюстрировал Билли Тан.

Комментарии излишни.


Вот таким получился второй том серии Daredevil. Стартовав амбициозно, вскоре он будто бы решил отказаться от претензий на важность и высокие продажи и уйти в другие плоскости, но вопрос стоял всего лишь в том, чтобы найти правильного автора. И когда это произошло, долгая жизнь комиксу была обеспечена. Благодаря достижениям сценаристов второго тома Daredevil стал одним из немногих супергеройских тайтлов, способных посоревноваться с Hellblazer в соотношении отличных ранов к общему количеству выпусков. Но супергеройский мейнстрим есть супергеройский мейнстрим, и в итоге свой финал Vol. 2 встретил так же бесславно, как в свое время Vol. 1. Впрочем, не было никаких сомнений, что приключения Сорвиголовы продолжатся. Но какой должна стать следующая глава истории Мэтта Мердока — предположить было невозможно.

Ещё много интересного
19.03.2015, 11:36 — Евгений Еронин
Реакция на историю с обложкой Batgirl вскрыла большую проблему российской комикс-культуры.
13833 267
05.06.2015, 08:11 — Евгений Еронин
UPDATE: Вышел второй тизер!
14786 142
22.03.2015, 19:03 — Евгений Еронин
В конце недели произошло сразу два неприятных случая, в которых российские издатели комиксов показали себя не с лучшей стороны. Мы решили провести беспристрастную аналитику этих событий.
11624 103