Согласно легенде, Гудман играл в гольф не то с Лейбовицем, не то с Донненфельдом, и от них узнал, что их новый командник про Лигу Справедливости Америки продаётся не просто хорошо, а крайне хорошо. И, завладевший таким невероятно тайным знанием (это сарказм, данные о продажах были доступны), Гудман призвал к себе Стэна Ли и сказал ему: «Быстро собрал всех наших супергероев в команду». А Ли в свою очередь придумал новую команду, и так на свет появилась «Фантастическая Четвёрка», прочитав первый номер которой фанаты комиксов перестали строчить письма о том, что им досталась копия гудмановских комиксов с одной скрепкой, и начали заваливать редакцию хвалебными одами.
В реальности, скорее всего, всё было куда скромнее. В пятидесятые был рождён принцип, который гласил, что аудитория комиксов меняется каждые три года. Поэтому читателям можно запросто продать переделанные старые истории. Этим занимались и National, и издательство Гудмана, которое после успеха «Фантастической Четвёрки» обзаведётся звучным названием Marvel Comics. Собственно, первые выпуски комиксов про четырёх молодых людей, полетевших в космос и под влиянием радиации получивших необыкновенные способности, были аккуратной переработкой старых концепций. Все новые серии, последовавшие за Четвёркой, делались по тому же принципу. Брались монстр-журналы, работы для других издательств, находки конкурентов, из это аккуратно выбиралось всё, что «работало», — и новый супергерой готов. Создавая Супермена в тридцатые, Сигель и Шустер смешали элементы всего, что им нравилось — книг, фильмов, стрипов. Создавая Фантастическую Четвёрку, Ли и Кирби сделали то же самое, но преимущественно на материале журналов комиксов. Рид Ричардс и Бен Гримм — типичные герои фантастического монстр-комикса, Джонни Сторм — смесь подростковой комедии и старой супергероики, Сью — наследница комедийных комиксов про девушек и романтических историй. Фактически, первые годы существования Четвёрки — это своеобразная выставка достижений журнальных комиксов за двадцать с лишним лет. Главнейшим событием, сравнимым с введением новых «версий» Флэша и Зелёного Фонаря в National, на страницах нового комикса стало возвращение героя Золотого Века (но тоже нового), Человека-Факела. После вернули и Нэмора-Подводника, и Капитана Америку. Стэн Ли и Джек Кирби наконец-то вступили в новую эпоху, вторую героическую — Серебряный Век.
Начало периода ознаменовано созданием фэн-сообщества читателей и коллекционеров, увлекающихся комиксами в Америке. Именно благодаря этому процессу на свет родилось понятие «Золотого Века», необходимого для любой общности людей «общего прошлого» с мифологическим налётом. Практически анонимные прежде сценаристы и художники получили свой культовый статус, став желанными авторами для фэнзинов и постоянными гостями на многочисленных «конах», представлявших собой тогда нечто вроде «клубов филофонистов» конца восьмидесятых. Джек Кирби идеально подходил на роль идола. Огромные тиражи и огромный каталог изданных в Золотом Веке комиксов (с «первыми появлениями», культовое понятие, рождённое коллекционерами), активное участие в сотворении Серебряного Века. Но вздохи фэнов и восприятие основной массой читателей — это совершенно разные вещи. Редактора National были всемогущими, это факт, но редактор Marvel стал ещё и своим среди читателей, благодаря своим авторским колонкам и остроумным ремаркам в комиксах. Жаль, что Кирби этого не знал. У него не было времени читать уже изданные работы, он стремился сделать побольше новых. Большую семью нужно было содержать.
Прежде основная масса читала комиксы. То есть, вообще любые комиксы. Теперь появились люди, которые начали критически осмысливать то, что происходило все эти годы в индустрии. А ещё появились люди, которые чётко разделили комиксы для себя — на Marvel... и всё остальное. Новые герои издательства Гудмана впечатляли, потому что почти все они были разгильдяями. Им ничего не стоило угнать ракету, полезть на испытательный полигон или применить на себе новый препарат. Их враги пришли прямиком из Золотого Века — это были не стильные бандиты в цветастых костюмах, это были натуральные уроды. И, разумеется, в комиксах Marvel царил экшн. Конечно, как и герои National, новые персонажи Ли и Кирби в итоге решали проблемы силой ума, но в процессе они умудрялись вдоволь намахаться кулаками. В определённый момент Кирби начал рисовать всё энергичнее и мощнее. «Raw power», то, за что ценил рисунки Джека Стэн Ли, сменился монументальностью. Художникам Золотого Века приходилось иметь дело с короткими историями. Новая эпоха позволила работать с большими историями, простые сеттинги сменились целыми вымышленными вселенными. Кирби работал с целой кучей серий, и когда времени перестало хватать, он перешёл на крупные панели, что в условиях тогдашней печати позволяло создавать более внушительные вещи.
О «кирби-дотс», странных механизмах, орнаментах, излюбленных позах персонажей написано множество текстов, многие художники пользуются «коронными» приёмами Кирби. Более того, именно его стиль стал в массовом сознании олицетворением Серебряного Века. В других издательствах были свои прославленные художники, но такого локомотива, как Кирби в Marvel шестидесятых, не было ни у кого.
Самым главным среди новых героев оказался Человек-Паук. И вклад Джека в его создание не ограничился обложкой журнала Amazing Fantasy, где впервые появился новый персонаж. Незадолго до этого, в конце пятидесятых, Кирби успел снова поработать с Саймоном, создав для Archie Comics супергероя по прозвищу Муха. Мальчонка-сирота, нашедший волшебное кольцо, превращался в здорового лба с крылышками, который отважно боролся со злодеями... например, с толстомордым бандитом по прозвищу Паук. Муха был переработанной версией героя Серебряного Паука, которого Саймон и Ч. К. Бек, решивший вернуться к супергероике после закрытия всех журналов про Капитана Марвела, придумали в начале пятидесятых и пытались продать Harvey. Но уже после четырёх выпусков сольной серии про Муху, Саймон и Кирби перестали над ней работать. Историю Мухи, повинуясь принципу «три года-новые читатели» попытались приспособить к миру Marvel, но в итоге Стив Дитко предложил нечто абсолютно новое. У конкурентов из National был хороший мальчик Кларк Кент/Супербой, у Marvel появился отвратительный мальчик Питер Паркер/Человек-Паук. Ботаник-сирота, которого обожают приёмные родители, укушенный радиоактивным пауком, и превратившийся в совершенно безответственного балабола с огромной силой, которого давит беспощадный мир взрослых. Человек-Паук олицетворял собой Marvel того периода, шумное, полное противоречий, но уверенно побеждающее конкурентов издательство. Почти все комиксисты Золотого Века были неизвестны публике. Marvel же активно продвигали своих авторов... но почти все они носили маски. Разумеется, не тряпки с прорезями для глаз, а имидж дружного коллектива, «загона Marvel». Под этим скрывались лица уже немолодых людей, со своими проблемами, комплексами и конфликтами.
У Кирби был стопроцентный двойник в комиксах, Бен Гримм, которого в русском переводе традиционно называют Существом, но нам больше нравится другой вариант, Нечто. Сперва Джек, разумеется, ассоциировал себя с Мистером Фантастиком, пока позже не стало очевидно, что Рид Ричардс — это Стэн Ли.
Кирби переживал трагедию, знакомую многим творческим людям. Он из «Jolly Jack Kirby», как указывали его имя в ранних выпусках, превратился в «Jack the King», но слава ничего ему не принесла. Индустрия комиксов не успела за эволюцией Джека Кирби. Фэн-сообщество, молодые люди с горящими глазами, вознесли Джека на пьедестал. Но на этом пьедестале было прохладно, не было холодильника и туалета. Кто оказался в этом виноват? Разумеется, Стэн Ли!
