Ты впервые встречаешь Чарли Брауна. Он для тебя никто. Чистый лист. Потом Чарли Браун наполняется образами, фразами, поступками. Чарли Браун становится двухмерным, потом — объемным, потом — живым, потом — твоим другом, потом — ты становишься Чарли Брауном. Говоришь как он, ведёшь себя как он, поступаешь как он.
Но в итоге ты всё равно останешься тем мудаком, который испортит жизнь своей семье. Твои дети не придут на твои похороны. Твои внуки не придут на твои похороны. Тебя похоронит нищий хоспис, в котором ты будешь догнивать свои последние годы. И медсестры плюнут на твою могилу, потому что ты довёл их до ручки.
По тебе заплакала лишь маленькая правнучка. Она услышала, как взрослые обсуждают твою смерть, пошла в чулан, обняла любимого плюшевого мишку, и большие, детские, горькие слёзы полились из её ослепительно синих глаз. Она плакала по тебе, потому что ещё помнила тепло твоих коленей и твои мягкие сухие руки. Ты нежно обнимал её, читая истории про Снупи, Чарли и Пати, и мир был для неё светел.
Но твоя маленькая праправнучка слишком быстро оказалась в мире взрослых. Развод родителей. Пьянство матери. Бесконечные переезды и ругань людей, которые не могли управлять своей жизнью КАК НУЖНО. Но в этом нет ничего странного. Ведь эти взрослые — твои дети и внуки, а их ты вырастил такими же мелкими, тщедушными, душными мудаками, каким был ты сам. Комиксы про Чарли Брауна и тепло твоих рук, которыми ты держал её маленькие нежные пальчики, были слишком короткой остановкой перед дорогой в никуда. Твоя маленькая праправнучка выросла и повторила судьбу этого мира. Все парни, в которых она искала поддержку и опору, оказались жалкими подлецами. Два ранних аборта, алкоголь, а затем и наркотики быстро доделали начатое нелюдями дело. Твоя правнучка закончила свою жизнь в дешёвом хостеле. Высохшее бесполое от наркотиков и алкоголя существо. Перед самой смертью, когда от нехватки кислорода мозг начал лихорадочно проецировать на сетчатку образы и воспоминания, ярко всплывает одно из них: старый прадедушка держит тебя на коленях, обняв тёплыми руками и читает истории про Чарли Брауна и его друзей. Рядом стоит горячая кружка какао, а любимый плюшевый мишка в руках с огромным интересом вместе с тобой следит за чудесными и добрыми приключениями. Но больше всех в комиксе тебя смешит пёс Снупи. Это настоящий друг, настоящий, настоящий, настоящий…
…Воспоминание обжигает последней сияющей вспышкой, и поток слёз водопадом струится из её умирающих глаз…
…всхлипывая и в холодном поту просыпается старый Барак Обама. Ему снова снится это кошмар. Кошмар, от которого немеет всё тело. Кошмар от которого он каждый раз стареет на сто лет. Барак Обама встаёт к умывальнику. Холодная вода возвращает его в реальность. Он смотрит в зеркало. Седой, морщинистый угрюмый старик. А ведь когда-то он улыбался! Когда он улыбался? О Господи, как он улыбался! Ему нравилось быть лидером, ему нравилось рассказывать истории, ему нравилась конопля и нравилось то приятное покачивание на волнах, что дарит это трава. Он был лидером, душой любой компании. Он был яркой звездой. И ещё ему нравился комикс про Чарли Брауна. Он читал его маленьким, когда мама, шумно мешая ложкой, готовила скромный ужин: кукурузную похлёбку с бобами. Он читал его, и пёс Снупи был ЕГО ПСОМ СНУПИ. Это ЕМУ улыбалась девочка Пати, и он был в неё влюблён. Он мечтал спасти маму и мир от злобы, трагедий и бедности. А потом? Он сам не знает, что случилось потом. Сотни тысяч погибших. Вспухшие от голода животы маленьких детей. Девочки, навсегда уводимые в рабство. Везде дым от пожаров и смерть, смерть, смерть. Ла муэрте. Фатум. Бессилие. Ради чего? Ради кучки магнатов, миллиардеров? Зачем он им служил? Для чего он им служил? Он смотрит в зеркало и видит, как Чарли Браун, Пати и Снупи грустно качают головой. Он предал их. Он предал всё, во что верил.
Ла муэрте.
Фатум.
Зло. Будничное, серое, ежедневное. Кто станет бояться ада, если он уже давно воцарился на земле? С каким дьявольским наслаждением, словно в припадке апокалиптической экзальтации, люди топчутся по своей и чужой жизни, пачкая и уничтожая все остатки белого. Голод, смерть, нищета, равнодушие, лицемерие и смех сытой элиты окутывает Землю густым смрадом. Пир во время чумы.
А Чарли Браун?
Чарли Браун… Последний белый рыцарь этой жалкой несчастной планеты. Маленький герой. Он всё ещё улыбается на желтеющих от старости бумажных страницах, взывая ко всем о покаянии. О покаянии за то предательство, которое все мы совершаем, навсегда переступая порог детства.
