RSS
Рекомендуем

15 лет «Спайдермедии»: Герои телеэкранов или Исчерпывающий путеводитель по серии X-Statix

26.12.2016, 12:00 — Алексей Замский 4084 9

У «Спайдермедии» есть богатая традиция делать исчерпывающие путеводители по персонажам, сериям, авторам или издательствам. И так уж вышло, что в год основания сайта на свет появилась одна из важнейших «супергеройских» серий этого века. И мы не могли не обратить на это внимание. И... да зачем вообще читать эту подводку? Лучше скорее погружайтесь в колоссальный по размерам (даже по его меркам) текст Алексея Замского.

Да, свободного времени стоит выделить не меньше часа.

У меня на спину листочек приклеили, что ли? Почему мне теперь выпадает каждый раз рассказывать о комиксах, меняющих ландшафт дозволенного в мейнстримной супергероике (как Alias и Deadpool) и почему я стал в редакции главным по Миллигану?

На второй вопрос я нашел только один ответ – стоило мне сказать в подкасте, что Миллиган автор более никому не нужный и не интересный, как реальность принялась меня разубеждать. Ну что же, десять проваленных дедлайнов и двадцать вопросов «Замский, когда будет статья, в конце-то концов?» спустя я рассказываю вам про главный комикс Питера Миллигана для Marvel.

 


Intro

Оглядываться назад на комиксы, изменившие язык, на котором говорит супергероика, нелегко. Все шедевры прошлого состоят из приемов, скопированных тысячу раз, и поэтому, когда видишь оригинал, не замечаешь в нем ничего нового. Вчерашние провокаторы сегодня годятся в воспитатели детских садов, позавчерашние мастера слога и линии работают в устаревших техниках, к которым трудно сегодня отнестись всерьез.

Поэтому сколько бы раз я ни сказал вам, что X-Statix важный и эпохальный комикс, для вас это ничего не будет значить. И сколько ни повторяй, что серия Миллигана и Оллредов опередила свое время и не только выглядела в начале двухтысячных, как комикс из будущего, но и предсказала многие вещи, происходящие с масс-медиа сейчас, это тоже ни на что не повлияет. Мы уже живем в том мире, который описан в X-Statix, и увидеть сильные различия трудно. Куда заметнее те аспекты, в которых этот комикс остается «комиксом из девяностых» или начала двухтысячных, в которых он уже устарел и не работает. Как не провоцирует и не интригует ни один из «трансгрессивных» комиксов того периода — мы привыкли и погрубели. Про X-Statix мало кто слышал, хотя он легендарный — он не продается так, как Watchmen и на него не ссылаются так часто, как на "Икс-менов" Уидона или Моррисона. Однако он изменил взгляд многих авторов и редакторов на мейнстримную супергероику и задал планку, которой до сих пор не могут достичь многие серии.

X-Statix - это омнибус-кирпич толщиной в 1200 страниц, на момент выхода самый большой омнибус в истории компании (омнибус «Тора» Уолта Симонсона уступил ему на восемь страниц). Внутри за невинным поп-артом Майка «Дока» Оллреда тут скрывается мрачная история, где все герои — неприятные люди, кто угодно может умереть в любой момент и не работает половина всех «спасающих» законов супергеройских комиксов. За фабулой о команде мутантов, у которых есть собственное реалити-шоу на ТВ, прячется очень британская сатира на масс-медиа, поклонение знаменитостям и поп-культуру, и супергерои служат этой сатире только оболочкой. Яркие краски Лоры Оллред покрывают историю, где все герои разочаровываются в своем имидже, но стремятся сохранить его, чтобы не сталкиваться с последствиями. Приглашенные звезды: Росомаха, Спайдер-Мен и звездный состав команды Мстителей. Из всех персонажей серии в комиксах «Марвел» в дальнейшем остался только летающий зеленый пузырь неизвестного происхождения.

Под каким кислотным дождем все это выросло? Чтобы объяснить, придется начать с рассказа о климате в «Марвел» начала двухтысячных.

В конце девяностых, после того, как «Марвел» обанкротился, вице-президентом компании стал Билл Джемас, а главным редактором — назначенный им Джо Кесада. Вместе они стали исправлять ошибки руководства Боба Харраса, опираясь на то, что денег у компании было мало, а вот доброй воли читателей — довольно много. Начали выходить фильмы, которые напомнили всем о «Марвеле»: «Икс-мены», «Блейд», ожидался «Человек-паук». Денег эти картины «Марвелу» не приносили, потому что были давно уже проданы за копейки другим конторам (из 70 миллионов долларов прибылей «Блейда» в «Марвеле» получили только 25 тысяч долларов!). Зато они приводили читателей в комик-шопы. Там их надо было зацепить, а когда они откроют журнал дома — удержать.

Джемас всегда характеризовался двумя склонностями: дать творческой команде максимум свободы, а все остальное держать под максимально строгим микроменеджментом (на микроменеджменте он потом и погорел, но это другая история). При Джемасе и Кесаде запустилась линейка Marvel MAX, помрачнели и погрубели серии, входящие в Marvel Knights (ваши любимые раны на "Сорвиголове", "Электре" и "Карателе" относятся как раз к тому периоду). Тогда же «Марвел» начал приглашать к себе авторов «британского вторжения», уже обжившихся в американских комиксов под опекой DC-Vertigo, и предлагать им делать, что заблагорассудится, с мейнстримной супергероикой. Отсюда растут Ultimates Марка Миллара, но что еще важнее для нас — в этот же период на серию New X-Men приглашают Гранта Моррисона.

Ран Моррисона на "Икс-менах" относится к комиксам, предопределившим лицо марвеловских комиксов, какими мы их знаем в 2010-х. У Моррисона Икс-мены «осовремениваются». Так долго существующая на свете маргинальная группа не может не повлиять на культуру, рассуждает Моррисон. А значит, и сами Икс-мены, и мир вокруг них будут модные, шикарные и с духом бунта юности — потому что без подростков и противостояния системе эта серия невозможна. Контр-культура вселенной «Марвел» — это мутанты, говорит Моррисон.

Вслед за успехом нового «курса» икс-комиксов Кесада предлагает редактору Акселю Алонсо спасти от закрытия любую второстепенную икс-меновскую серию, потому что у всех у них падают продажи. Алонсо делает это проверенным способом, который отлично срабатывал не раз, когда Алонсо работал в импринте Vertigo: зовет еще одного британца и разрешает ему поднимать продажи серии любыми способами. Для спасения Алонсо выбирает X-Force, перемахнувшую за сотню номеров «домашнюю» серию Роба Лайфелда, в которой давно уже не происходило ничего, заслуживающего внимания. А в спасители – прожженного постмодерниста, который успел показать себя, как хороший ремесленник (на той же «Электре», например).

И к нему в пару — художника, чей стиль настолько далек от привычного для X-Force, насколько это можно представить.

Слева — страница из X-Force #115, справа — из X-Force #116, первого номера нового рана.

То есть все четверо здесь: редактор, сценарист и супружеская пара из художника и колористки – сплошь родом из альтернативных и как бы даже интеллектуальных комиксов, но набившие руку и как мейнстримные ремесленники. При этом объединяются они, чтобы увеличить коммерческий потенциал и без того коммерческой серии. Но сделать это безумным способом.

Миллиган начинает с того же, что сделал Моррисон — с поиска способа осовременить серию. Но Моррисон — оптимист, увлеченный контр-культурой и тем, как в ней рождаются и живут идеи. А Миллиган — циник, который взглядом мизантропа смотрит на окружающую его попсу. Тому примером его предыдущее «следование за Моррисоном», когда он получил после Гранта серию Animal Man на шесть номеров и делал все показательно не так, как Моррисон.

Поэтому мысли Миллигана, выходя из того же вопроса «Как марвеловские мутанты повлияли бы на человеческий мир?», отправляются в совсем другую сторону. Мутанты были бы брендом, говорит он. Они бы рекламировали все на свете, были бы поп-звездами и не пропадали бы с телеэкранов. Но (и это немаловажная миллигановская добавка) хорошие люди знаменитостями не становятся.

Новый X-Force, в котором нет ни одного узнаваемого персонажа и ни следа прошлых сюжетов — команда D-листеров, участвующая в реалити-шоу, и популярная только за счет этого, а также за счет разгульного образа жизни. Как Пэрис Хилтон или Ким Кардашьян — они знамениты тем, что знамениты. В самом деле, богатые привлекательные молодые люди с суперспособностями будут не париями, а кумирами нашего мира.

Очевидный ход? Вот только до популярности Пэрис Хилтон в 2001 году еще пару лет надо подождать. «Сфабрикованные» знаменитости, например, поп-звезды, уже давно существовали, а вот «знаменитостей без собственного дела» еще не было. Более того, идея супергероя как знаменитости, сейчас понятная всем и каждому хотя бы по Тони Старку из экранизации «Железного Человека», была для «Марвел» новой. Единственный их эксперимент в этой сфере — Даззлер, но с ней совсем другая история. Даззлер не замышлялась как супергероиня, являющаяся по сюжету популярной певицей. Нет, Даззлер в первую очередь должна была быть настоящим музыкальным проектом, колесить в турне по Америке, кататься на роликах по сцене и продавать музыкальные альбомы. Комиксы должны были только подогреть к ней интерес (за счет популярности "Икс-менов" и "Мстителей", в чьих книжках она появлялась), а потом сопровождать все это — концерты, мерчендайз, кинофильм. Но музыкальный проект почти сразу сдулся, а героиня осталась, и не лежать же ее комиксу без дела.

Вторая незаметная для нас, живущих в будущем людей, футуристическая идея Миллигана — степень популярности реалити-шоу. Первые телепроекты, такие как Survivor в США и «Большой Брат» в Европе, появились только на пару лет раньше и не приобрели еще такого распространения, как сейчас. «У нашей команды мутантов будет реалити-шоу» — это в 2001 году было не заявление уровня сегодняшнего «наш супергерой будет блогером». Это было скорее «наш супергерой сделал многомиллиардное состояние на ASMR-аудиозаписях, выпускаемых в кинотеатрах» и тут через десять лет глядь, а так оно и есть.

Но настоящая фантастика — что серия, которая даже не была по-настоящему супергероической, стала популярной практически сразу и продержалась аж четыре года! Это самая крупная работа Майкла Оллреда «по найму» на сегодняшний день, и Оллред по-прежнему говорит, что готов работать с Миллиганом хоть с завтрашнего дня.

И все это случилось с серией, которая была вызывающе инклюзивной, если мерять сегодняшними стандартами. Сегодня X-Statix вызвал бы вопли (с разным эмоциональным зарядом) за то, как много в нем на всех этапах было женщин, не-белых и не-гетеросексуальных героев. На большей части серии гетеросексуальный белый мужчина в команде всего один и ключевая его особенность — то, что он фантастически чувствителен и ранить его может что угодно, даже неудачный взмах ресниц. Я же говорю, невозможно поверить, что эта серия вышла пятнадцать лет назад и замышлялась просто как сатира на британские (Миллиган никогда не жил в США подолгу) средства массовой информации.

Притом фанаты «классического» X-Force сразу ее невзлюбили. Здесь не было ничего из главных тем и компонентов Лайфелда — вернее, всё было, и сексуальный подтекст, и гнев, и ссорящиеся герои, и насилие — но все это выглядело иначе, работало иначе, ощущалось иначе.

Козырем серии было то, что любой персонаж мог умереть в любой момент. Ни у кого не было «сюжетной брони» — герои придумывались специально под эту серию, не участвовали в других, и поэтому авторы могли делать с ними, что вздумается. В конечном итоге они больше никому и не достались — забегая вперед, проспойлерим и скажем, что в последнем номере X-Statix Миллиган убивает всю команду. Но состав этой команды менялся как минимум наполовину каждый год. Кто умрет, никогда не сообщалось в аннотациях и промо, на это не было сюжетных указаний заранее, и каждая смерть становилась сюрпризом для читателей. Более того, при перезапуске серии погиб САМЫЙ популярный персонаж команды, и никто не запретил такой сюжетный поворот из опасения, что это ударит по продажам или еще какой-нибудь боязни.

Сейчас, наверное, такой эффект невозможен — утекающие до дня релиза комиксы и бесконечно тиражируемые в сети слухи убили бы его в зачатке. А тогда в комиксах он произвел фурор. В сериалах так не делали (да и сейчас делают редко) из коммерческих соображений. В популярных супергеройских сериях, как известно, окончательны мертвы были только Баки Барнс и Дядя Бен; а к 2016 году уже никто, получается, не мертв навсегда… кроме героев X-Statix, которых никто так и не воскресил. Брутальная серия остается брутальной до сих пор, хотя уже двенадцать лет как не выходит.

Опережая время и предсказывая будущее, X-Statix одновременно был очень из своего времени. Чтобы понимать мелкие шутки в нем, нужно узнавать по шаржам Синди Кроуфорд и молодого Кевина Смита, помнить, кто такой Колин Пауэлл и почему для кого-то (на самом деле для миллионов людей) было важно, девственница Бритни Спирс или нет. Комикс почти целиком построен на вновь модной тогда деконструкции жанра, причем в специфическом миллигановском ключе. Особенность подтекстов у Миллигана — они всегда произносятся прямым текстом в кадре, чтобы читатель их не пропустил, и всегда имеют и буквальное, и переносное значение. Ну знаете, как когда Джей и Молчаливый Боб говорят с экрана: «Кино про нас? Да какие дебилы будут такое смотреть?» и потом пристально смотрят в зрительный зал. В X-Statix происходит то же самое, благо за героями там всегда следит телеаудитория. Примеров множество, и на самые интересные из них мы обратим внимание ниже, когда будем рассматривать все номера по порядку. Но вот показательный, из которого сквозит цинизм Миллигана. Первый лидер команды – мутант, которого тошнит. И рвота его разъедает все окружающее. Как зовут этого мутанта? Цайтгайст, «дух времени», «облик современности».

Все персонажи Миллигана в разной степени «физиологичны». Фэт наполняет свое тело гноем из другого измерения, у Анархиста супер-ядовитый пот, Джин-Джинн применяет свои способности только в очень пьяном виде, и так далее. Это непроста.

Подтекст X-Statix, настоящая история этой серии — история о наших телах. Мутанты как метафора всегда были и будут способом размышлять о нашей телесности. Мутант в «Марвел» обретает суперспособности — и, по замыслу, общественное презрение — не из-за какого-то поступка, совершенного в жизни, как Питер Паркер, который должен был сначала попасть на научную экскурсию, или Капитан Америка, который записался добровольцем. Он просто таким родился, но или не знает об этом до наступления пубертатного возраста (как оригинальная команда), или с рождения должен принимать свое тело, отличающееся от других.

Наши тела ограничивают нас, определяют наше место, навязывают нам определенный способ жизни. Большинство почти всегда выбирает, какое меньшинство можно обижать и угнетать, по телесным признакам — варианту гениталий или цвету кожи. И в X-Statix к этим проблемам возвращаются снова и снова. На какой дистанции от «черной» культуры номинально черный, но выросший в «очень белой» среде Тайк Аликар перестает быть «черным»? А может ли приобщиться к «черной» культуре Фэт, если он белый? Остается ли Венера полноценным человеком, полностью отказываясь от сексуальной жизни? И перестает ли она, кстати, быть черной, если мы никогда не видим цвета ее кожи? И должны ли черные, женщины, гомосексуалисты в команде «Отряд Икс», работающей для телезрителей, подстраиваться под представления большинства о поведении той или иной маргинальной группы? Этот последний вопрос, кстати, всегда был важным для икс-комиксов, где читатели еще со времен раннего Криса Клэрмонта (не самого чувствительного к таким темам автора) многократно обсуждали, «похожи» персонажи на свои культуры или нет, «типичны» ли они.

Тело, на которое направлен взгляд посторонних — камеры и телеаудитории — становится уже не просто телом. Оно становится имиджем, и за необходимостью поддерживать имидж пропадает настоящий человек. В выпуске X-Statix: The Movie злодейка нападает на актеров, играющих роли заглавной команды в кино, перепутав их с оригиналами, а потом другой актер того же фильма, Гуапо, спасает настоящих икс-статиковцев, которые попытались спасти этих актеров и не преуспели. Потом Гуапо, нанятого для фильма, принимают в настоящий X-Statix. Копию путают с оригиналом, затем копия выполняет функции оригинала, и вот они уже неотличимы друг от друга.

Наконец, тело — это то, что подвергается насилию. X-Force девяностых, на смену которому приходит X-Statix, был одержим насилием и боем, но никакого внимания не уделял их последствиям. X-Statix делает все наоборот — практически не фокусируется на боях и приключениях, но погружается в то, что происходит до и после них, в последствия применения насилия, последствия травм и смертей. Комикс при этом обладает замечательной двойственностью в своем отношении к насилию — и вот это хороший пример выпяченности миллигановских подтекстов: насилие в отношении злодеев и противников никогда не рассматривается, как шокирующее, для всех персонажей оно либо просто работа, на которой не зацикливаются, либо источник удовольствия; раны и смерть же героев (с которыми это происходит не реже, чем со злодеями) долго и с настоящим психологизмом переживаются, рассматриваются внимательно. Не то же ли самое происходит в любом другом супергеройском комиксе, спросим себя. Кто считает переломанные конечности врагов Бэтмэна? Но рана или травма самого Бэтмэна всегда становится центром истории. Но если не отводить взгляд от такого сюжета, показывает Миллиган, скоро станет заметно — наши герои на самом деле эгоцентричные маньяки. То ли плохие, то ли хорошие новости в том, что мы их все равно любим.

А то, что мы любим, мы рассматриваем особенно пристально.

 


Exit Wounds (X-Force #116)

Вот это тот самый первый выпуск серии, о котором говорилось выше – в начале его появляется новая команда героев, а к концу почти вся она уже мертва.

Пока читателя пришибло резкой сменой стиля рисунка, происходит много других преобразований. Первоначальный отряд демонстрируют нам в черных костюмах, соответствующих манере предыдущей итерации X-Force, к концу номера уже переодевают его в желто-синюю униформу, похожую на Икс-меновскую, более яркую и более подходящую к стилю рисунка. Нам сразу дают понять разницу между показным и настоящим мрачняком. Да, герои Отряда Икс сжимали зубы и дрались друг с другом, чуть что не по ним. Зато тут на первых же страницах глава команды супергероев сначала думает: «Жаль, что я лишил свою первую девушку кожи на лице; интересно, ее смогли подлатать? Жаль, что я забыл, как ее зовут», а потом реагирует на смерть члена команды мыслью «Никогда его особо не любил, да и пользы от него было маловато».

Можно сразу заговорить о вышеописанной манере Миллигана выкладывать подтекст в явном виде в диалоги. Тренер говорит Отряду Икс, что их образ жизни стал резковат для публики, аудитории стало сложнее им сопереживать, когда они ввязываются в сомнительные истории. Поэтому нужно вернуться к азам и сделать что-то простое, «хорошие парни против плохих». Это одновременно касается и отношений персонажей со зрителями — Отряд Икс участвует в неоднозначных конфликтах в Африке и ведет скандальную жизнь — и отношений журнала с читателями: в предыдущем ране «Отряд Икс» занялся нелегальным шпионажем, а их проблемы стали слишком далеки от читателей супергероики. Такого рода «дуали» Миллиган будет предлагать почти в каждом выпуске, и мы не будем останавливаться на них каждый раз.

Тренер – связующее звено между старым и новым Отрядом Икс. Однорукий старик с железной выправкой и неестественными глазами – очевидный шарж на Кейбла, который был олицетворением комиксов девяностых с их «экстремальностью» и громадностью. Для нового поколения героев, социопатичного лидера которых тошнит на врагов, Кейбл может служить только наставником, но никак не командиром.

Здесь же Миллиган мастерски, за один выпуск, успевает ввести все «правила игры» в мире комикса (которые будет потом постепенно разрушать). О чем член команды все никак не может поговорить с лидером? Это же классический прием из любого комикса или кино про команду! О своей роли, то есть о своем месте в командном имидже. О чем тут ссорятся герои между собой? О том, что кто-то губит чью-то фанатскую базу.

Диалоги знакомят нас с персонажами и отношениями в команде за минимум времени и слов. Миллиган умудряется быстро добиться нашего сопереживания — и потом всех просто убивает.

Но убивают здесь не только героев. Про начало своей работы на X-Force Майк Оллред говорит «Мы убили комик-код».

С этого номера серия X-Force перестает быть детской. Невероятно, но факт: лайфелдовский и потом даже чуточку уоррен-эллисовский «Отряд Икс» со всеми пушками, рубиловом, пятого размера грудями в кадр и «мрачными и реалистичными» героями каждый месяц протискивали в комикс-код. У редакторов на этой серии год небось шел за два. А потом начинаются Миллиган/Оллреды и на первом же номере стоит отметка «осторожно, недетское содержание». Хотя внутри никто не матерится и не раздевается. Просто насилие изображено немного более реалистично.

В этом, конечно, не было никакого бунта, только рассчитанный коммерческий ход. Всем было уже давно понятно, что комик-код отжил свое и компаниям нужно переходить на внутренние системы рейтингов, позволяющие то же гибкое сегментирование аудитории, что у киношников. Но зачем тихо переставать отправлять журналы на лицензирование, если можно устроить пиар-акцию? «Марвел» подает первый номер серии Миллигана/Оллредов на одобрение в CCA и получает закономерный отказ. Они знали, что подавали, и другого исхода быть не могло. Но это не мешает «Марвел» громко сказать — «Ах так, раз вы наши серьезные комиксы не пропускаете, то вы нам больше и не нужны!». Через несколько месяцев «Марвел» введет собственную систему рейтингов, и до «взрослой» плашки PARENTAL ADVISORY/EXPLICIT CONTENT X-Statix никто дотянутся не даст, потому что это все-таки икс-меновская книжка, она должна хорошо продаваться у подростков. Конечно, тут была и забота об общем благе: удар по CCA в любом случае освобождал комик-шопы, маленькие издательства и редакторов «большой двойки» от устаревшей системы самоцензуры. Но не с каждой серией и авторской командой такой фокус прошел бы. Сигнал «комикс Миллигана и Оллреда не поместился в комик-код» давал сигнал определенного рода: это не потому что там разлиты ведра крови и не потому что это комикс про тупое насилие (а в девяностые этого добра на полках уже хватало); у одного из этих ребят есть чувство меры и вкус, а другой всегда целится очень высоко, так что если им для чего-то понадобилось делать икс-комиксы «по-взрослому», то они знают, что делают.

Широта жеста сработала. На смену курса обратили внимание. Демарш Кесады потому еще был сделан на серии известного «вертиговского» автора, заработавшего себе репутацию в DC именно взрослыми, серьезными и глубокими комиксами, что таким образом подавал сигнал не только аудитории, но и «серьезным» авторам: мы хотим вас видеть у нас, мы настроены с вами работать, мы готовы дать вам больше возможностей.

Убивали комик-код, конечно, с семидесятых годов. Но от этого быть серией, забившей последний гвоздь в крышку гроба, не менее почетно.

Мы не станем замечать и перечислять ВСЕ любопытные детали, которых в комиксе множество, но одну важную мелочь, которую легко проморгать, вынесем отдельно. Злодеи, с которыми сражаются члены первой итерации «телевизионного Отряда Икс», одеты в одинаковые желтые шлемы и оранжевые комбинезоны. Точно так же будут одеты противники в последнем выпуске X-Statix, и они снова уничтожат весь отряд. И у них тоже будут боевые вертолеты. Сопоставивший первый и последний номера читатель поймет, что у владельцев Отряда Икс всегда было решение на случай, если команду нужно будет ликвидировать.

Любопытная деталь: Тренер с самого начала изображается как злодей (вы только на глаза посмотрите!), но читатели, привыкшие к крутому и экстремальному дизайну персонажей "Отряда Икс" раньше, вполне могли не расценить его вид, как злодейский – тогда как для глаз читателя традиционных комиксов он безусловно несимпатичен и зловещ.

 


What’s One Life? (#117-120)


Здесь нам необходимо немного сжульничать для стройности изложения; все выпуски серии X-Force, кроме двух, имеют отдельные названия и не объединяются в арки. Но разбирать их по одному утомительно, а объединить по названиям сборников нельзя. Во-первых, потому что сборники были объединены не по сюжетам, а как бог на душу положит, а во-вторых, потому что их всего два и названия у них вполне сатирические:

— Volume 1: New Beginnings

— Volume 2: Final Chapter

Так что станем определять первый сюжет по наличию общего приключения и общего злодея на несколько номеров. Сюжет их связан с Пако Перезом, мальчиком из вымышленной латиноамериканской страны Бастроны. Родители Пако пытались бежать в США, но погибли при пересечении границы, после чего мальчика депортировали обратно в Бастрону. Попутно выяснилось, что мальчик оказался мутантом, и правительство США хочет «отменить» депортацию, для чего мальчика придется выкрасть. Эта завязка основана на шумном деле 1999 года, когда Куба и США спорили из-за Элиана Гонзалеса, которого довезли до побережья США, тогда как его мать утонула, а отец остался на Кубе. Никто из майамских родственников Гонзалеса не убедил суд оставить ребенка с ними, и мальчика отняли, передали отцу, приехавшему в Вашингтон, и вернули на Кубу. В числе прочего история запомнилась фотографией, на которой маршал США в каске, бронежилете и с пистолетом-пулеметом вынимает плачущего ребенка из платяного шкафа, куда тот спрятался.

Задачи, которые решает Отряд Икс, отчетливо напоминают те, что ставятся перед частными военными компаниями, с той разницей, что действия ЧВК обычно не показывают по телевизору. Ни о какой традиционной супергероике речь большую часть времени не идет, и «героизм» начинается только в моменты, когда кто-то из команды решает нарушить приказ. Причем происходит это обычно в вычурных ситуациях, что Миллиган делает намеренно, а Оллреды тут же пародируют обложкой «под серебряный век DC» с драматическими восклицаниями героев.

В 117-м номере на минутку в серию возвращается «настоящий», погибший Отряд Икс. Ну то есть что значит «погибший»: в последнем выпуске серии перед началом рана Миллигана-Оллредов нам показали взрыв, огромный кратер, потом таинственный человек, до сих пор командовавший Отрядом Икс, сказал,что «официально они умерли, но не сбрасывайте их со счетов, они могут вернуться в самый неожиданный момент». Обычные супергеройские штучки, в общем.

Вот они и вернулись — чтобы наехать на новый Отряд Икс по поводу прав на имя. Миллиган никак не объяснял воскрешение героев, и НИКТО потом не стал заполнять эту сюжетную дыру. Потому что персонажи как бы не очень умерли, мы ничего такого не видели. А поэтому зачем описывать их воскрешение. Все герои, возвращенные к жизни таким образом, живут и здравствуют в комиксах до сих пор, если только "Марвел" с ними что-то опять не сотворит.

Здесь же Отряд Икс набирает себе новичков, часть из которых станет постоянными персонажами серии, а часть погибнет гораздо раньше. Делается это с помощью демо-записей.

Общеизвестно, что Стэн Ли придумал марвеловских мутантов, чтобы не мучиться больше с придумыванием «ориджин стори» для каждого героя. Но проблема объединения героев в команду в какой-то мере еще сохранялась — Икс-менам нужно было находить подростков и приглашать их в свою школу, Отряду Икс вербовать известных им мутантов. Миллиган тут играет с этой идеей «упрощения» начальных частей нарратива: в телевизор хочет попасть множество мутантов, и на места погибших членов команды уже выстроилась очередь, причем «монтаж про суперспособности», который мы видим, сделан не художником и сценаристом для нас, а менеджерами этих мутантов — для команды. Позже Миллиган разовьет ту часть аналогии, где X-Statix — это профессиональные спортсмены, и введет в мир «малые лиги» и «кадровые фермы».

Все новички тут имеют до смешного конвенциональные марвеловские биографии, списанные сразу у всех героев и ни у кого конкретно. Самое замечательное демо идет первым: описание Блока это развернутая пародия на то, как показывали ЛГБТ-персонажей в комиксах "Марвел" с тех пор, как они вообще там появились. Любитель мюзиклов и бодибилдинга, Блок покрашен в розовый цвет, живет в Сан-Франциско и обладает безупречным вкусом в меблировке. Для тех, кто не понял шутки, авторы поясняют, что раньше его звали «Радуга».

И конечно, то, что Мистер Чувствительный меняет свое «командное» имя на Сироту в том же выпуске, в котором впервые появляется — это пародия на то, как часто переименовывали икс-менов (в том числе внезапно появляющуюся на той же странице Бум-Бум).

Еще одна отличительная черта миллигановского X-Force — это мощные, без дураков, клиффхэнгеры. Выпуски обрываются на полуслове, в любой момент, с полным ощущением, что куда-то подевалась еще одна страница. И каждый раз читатель остается в ожидании развязки какого-то важного события, и должен ждать месяц. Ни один клиффхэнгер Миллигана нельзя предсказать однозначно, ни один не просчитывается из предыдущих подсказок. Читатель будущего X-Statix полностью подчинен книге и должен повиноваться ее сюжету.

В финале сюжета появляется Росомаха – как он сам говорит, только для того, чтобы поднять продажи.

Как и многое другое в серии, его появление качественно подготавливается. Его можно заметить всего в двух кадрах первого номера, где он покупает плюшевого Дупа (вообще все сюжетные линии Миллиган «заряжает» заранее и на все важные части биографии персонажей, впервые проговариваемые в самом конце серии, можно найти отсылки уже в начале; но это легко заметно при чтении и на этом не нужно останавливаться особо).

Зачем здесь Росомаха? Как раз чтобы поднять продажи! И у телешоу «Отряд Икс», и у комикса «Отряд Икс». Самый популярный герой компании всегда становится «гостем» в максимальном количестве книг, причем обязательно с появлениями на обложках, в расчете на то что фанаты персонажа купят все книги с его участием. Знаете, кто поднимал продажи своим появлением до того, как это стал делать Росомаха? Человек-Паук, конечно. Догадаетесь, кто будет следующей «приглашенной звездой» в серии через год-полтора? Ну конечно.

Любопытная деталь: Ю-Гоу-Герл всегда носит такие короткие юбки, что мы неизбежно под них заглядываем хотя бы раз в номер. И вот скажите — это персонаж так носит, чтобы привлекать внимание телезрителей шансом увидеть нижнее белье, или это Оллреды так ее рисуют, потому что читатели супергероики тоже большие любители таких кадров? То-то же.

 


Lacuna (#121-122)

Не берусь судить, насколько хорошо белый британец Питер Миллиган раскрыл тему расовых трений в США и конфликта разных образов «черной культуры» в масс-медиа, но следующий сюжет именно об этом. Проблема в самом деле огромная — и нам с этой стороны океана очень плохо видимая. Вопрос не в том, дана ли этническим меньшинствами законная возможность занимать какие-то места в жизни. Современный вопрос часто в том, что общество позволяет им это делать, только если они соответствуют определенным стереотипам. То есть на экран попадают только «правильные» черные, то есть ОЧЕНЬ «черные» в культурном смысле; а на ответственные должности — тоже «правильные» черные, но правильные в другом плане, почти совсем «белые» культурно. Нужно ли подстраиваться под эту культурную идентификацию, кто вправе ее выбирать и как разные «правильности» стыкуются между собой — это не такие простые вопросы, как «надо ли обижать и унижать богатого подростка с ангельскими крыльями».

Икс-мены всегда очень плохо годились на роль метафоры этнических меньшинств, вообще меньшинств любого рода, потому что паренька с лазерами из глаз и девушку, способную читать мысли, притесняют совсем не за то же самое, что людей с другим цветом кожи. На реальную жизнь икс-мены перекладываются довольно посредственно, хотя отдельные аспекты («образцового меньшинства», например) на их примере разбирать удобно. Миллигану удается хорошо решить эту проблему — он переносит все отношения в пространство масс-медиа, где действуют уже не законы общества, а законы аудитории и телебизнеса. В самом деле, когда существует неписаное правило о том, что среди главных героев достаточно одного черного парня, Тайк Аликар может справедливо опасаться за свою жизнь при появлении в команде второго черного героя, более популярного, чем он.

Кстати, зачем его взяли? Потому что наличие в команде только одного черного выглядит так, будто этот черный там «для галочки». И команда берет второго черного «для галочки», чтобы первый черный не выглядел «для галочки». Блеск.

Почему Спайк популярнее? Потому что он «более черный» по меркам медиа. Иногда притеснение меньшинств оборачивается их фетишизацией, обожанием их пригламуренного образа. Когда новый персонаж, появляющийся в этом сюжете, Лакуна, совершает перед родителями «камин-аут» и говорит им, что она мутант, ее ультрасовременные родители прямо тащатся от того, какая у них необычная дочь. А дочь-то ждала конфликта! Не будем забывать, что хотя всех персонажей Оллреды рисуют почти «без возраста» (так же как в оригинальном X-Force Лайфелд и потом Капулло рисовали своих героев «абстрактно-взрослыми»), на самом деле X-Statix, как и X-Men, это история о подростках. Лакуна ждет конфликта с родителями и хочет его, а не получив — начинает свой бунт и… становится ведущей вечерного развлекательного ток-шоу. Потому что только так можно бунтовать против продвинутых родителей.

Лакуна пародирует особый сорт персонажей (помимо того, что она собирательный образ группи и папарацци): тех, у кого есть очень мощные и полезные способности, но кого по надуманным причинам все равно считают D-листерами и не используют всерьез. Лакуна может останавливать время — примерно как Ртуть в фильмах Брайана Сингера, но скорее всего, тут имеется в виду сериал девяностых Saved by the Bell, точно так же как Вивисектор скорее всего намекает на «Баффи». К сожалению, Миллиган не любит давать подробные комментарии к своим работам, так что нам остается только догадываться. Так вот, Лакуна потенциально сильнее любого из членов Отряда Икс — и многих мейнстримных героев! — но используется только как сюжетный козырь, а все остальное время высмеивается.

На картинке выше, как и на многих других, легко заметить интересное решение Оллреда — дать большинству мутантов нестандартные цвета кожи, при этом позволив их расе более-менее «считываться» по волосам и чертам лица. Миллиган при этом не играет в «синий и красный тоже цвета, так что у нас в команде есть люди разных цветов кожи» — он создает настоящее этническое разнообразие, при этом оставляя для себя возможность вдруг напомнить нам, что не любой цвет это перекрашенный белый. Впереди мы еще увидим Венеру Милосскую, которая состоит из чистой энергии и всегда носит цветной костюм, но этнически она «черная», и это важно и в сюжете, и в ее характере.

Любопытная деталь: Лакуна остается в живых в конце серии — поскольку ее не принимают в Отряд Икс, она не участвует в последней миссии и, должно быть, где-то во вселенной «Марвел» все еще ведет свое телешоу. Может быть, когда-нибудь о ней вспомнит какой-нибудь автор, ведь персонаж принадлежит юридически не Миллигану и Оллредам, а компании. По меньшей мере в марвеловской энциклопедии за 2006 год она появляется.

 


Одиночные выпуски X-Force #123 и #124

После серии номеров, где в полной мере раскрывается талант Миллигана как сценариста, можно взять передышку на выпуски, в которых главное – художники.

123-й выпуск был частью «Nuff Said», месячной инициативы "Марвел", в рамках которой все комиксы выходили без текста (ни диалогов, ни мыслей, ни плашек) и с минимумом звуковых эффектов. Беззвучный месяц был одним из последних марвеловских «ивентов» такого рода; с тех пор комиксы снова взяли курс на серьезное отношение к себе, и «события» делаются не для развлечения авторов и читателей, а только для повышения продаж.

В X-Statix почти всем персонажам досталось по персональному номеру, полностью посвященному их внутренней жизни, и это — номер Дупа (следующий, 124 – фактически номер Ю-Гоу Герл, но потом, уже после смерти, она получит еще один). Тут всего один звук, тиканье часов, а все действие выпуска происходит в течение одной секунды.

Дуп выдавливает прыщ у себя на лбу, и на месте этого прыща открывается межпространственная воронка (вот отличный пример «гадостей», из которых состоит юмор этой серии). Весь Отряд Икс засасывает в эту воронку, и они оказываются в другом измерении, где все устроено, как во сне. Герои встречаются со своими глубинными страхами, Дуп находит их и спасает, а Оллред на каждом втором развороте рисует отсылки к картинам сюрреалистов.

О феномене популярности Дупа поговорим позже, пока же перейдем к 124-му номеру, про который надо сказать так: я не знаю, великий ли художник Майк Оллред, но на филл-инах у него сам Дарвин Кук.

Оллред и Кук были друзьями и не раз работали вместе, и хорошо видно, как много и общего, и различного в их стилях.

С истории из 124 выпуска начинается повторяющаяся тема X-Statix о конфликте между имиджем и истинной сущностью. Когда кто-либо из персонажей теряет связь со своим истинным «я», он начинает терять суперспособности и ставит команду по угрозу. В полную силу персонажи возвращаются, найдя смелость взглянуть самим себе в глаза и признать, кто они есть. В самом чистом виде это проявляется дальше в истории с Фэтом, а здесь, у Миллигана/Кука, с нами играют злую шутку — весь номер ведут к элегантной морали, которая была описана выше, а потом отнимают ее у нас и напоминают, что мы не в сказке. Безусловно, графика Дарвина Кука помогает «продать» нам иллюзию притчи, потому что все, что он рисует, само собой становится романтическим и нездешним.

Ну и просто: до чего же Дарвин Кук хороший художник.

На примере Кука (и, в дальнейшем, Филиппа Бонда, который в X-Statix #10 нарисует вторую биографическую историю про Ю-Гоу-Герл) можно подробнее рассмотреть уже замеченный в начале контраст между содержанием комикса и тем, как это содержание подается. Художники, рисующие в чистой и четкой «серебряновечной» манере и придающие персонажам сильную «картунность», вместе с тем придают им наивность, отвлеченность от «грязного реализма». При этом с помощью такой графики вполне можно — что Миллиган и делает — раскрывать мрачные жизненные драмы, которые показались бы тяжелыми с другим рисунком. Героиня на самом деле не сестра, а мать этой маленькой девочки, более того, она решает сохранить свое материнство в тайне, чтобы когда она погибнет на задании в прямом эфире, ее малютка не так плакала — это не сюжет для веселого кейп-комикса, это драма с кинофестиваля. Но мы легко проглатываем ее, потому что Лора Оллред так ярко и задорно красит, а все персонажи Дарвина Кука такие милые даже когда сердятся или плачут.

Есть в этом, видимо, и элемент пародии на Криса Клэрмонта, у которого Икс-мены все время обнаруживали, что кто-нибудь кому-нибудь приходится родственником и до сих пор это скрывал.

Из сегодняшнего дня трудно понять, в какой момент Эди Сойер стала самым популярным персонажем серии, но 124 номер совершенно точно «зацементировал» эту популярность. Поэтому (не с Джорджа Мартина ведь всё началось) уже в следующем номере Миллиган дает понять, что Эди может погибнуть.

Любопытная деталь: среди цитат из сюрреалистов, которыми полон 123-й номер, есть цитаты и из классических комиксов DC; но номер этот стоит настолько особняком, что даже показанные в нем глубинные страхи персонажей за пределы номера не выйдут; кроме отношений Вивисектора с отцом, ни один из страхов героев не будет исследоваться авторами в дальнейшем.

 


One of Us (#125-128)

С 125-го номера (за полгода до перезапуска) в комиксе начинаются разговоры о смене названия команды. Формальная причина внутри и вне комикса была одна и та же — роялти. Несмотря на то, что Роб Лайфелд уже несколько лет не имел отношения не то что к X-Force, но даже к «Марвел Комикс», формально он все еще был создателем Отряда Икс (не комиксной серии, но подразделения) и получал за это отчисления. Перезапуск с новым именем позволял убрать эту статью расходов.

Кто придумал название новой серии — большой вопрос. Слухи о переименовании поползли после того, как по интернету расползся рисунок Оллреда со всей командой и названием X-Statics. Оллред всячески отпирался и утверждал, что это шутка. В те времена еще не знали понятия «спланированный вброс», так что Майкл мог как врать, так и не врать.

А начинается 125-й номер с чистейшего оммажа комиксам золотого века — на кладбище герои встречают духа смерти, и он указывает на них пальцем, отчего они решают, что кто-то из них скоро умрет. Сцена эта ни в какой момент не подвергается сомнению, никак не объясняется и преследует персонажей до тех пор, пока пророчество не сбывается.

Этот жанровый разрыв напоминает еще один телесериал, «Сумеречную зону», где сюжеты строились сходным образом. Уже после перезапуска серии Питер Миллиган позаимствует из «Сумеречной зоны» еще один сюжет, о мальчике, с помощью экстрасенсорных способностей контролирующем свой городок.

Если завязка тут подражает золотому веку комиксов, то сам сюжет — отчетливо ссылается на серебряный, и даже конкретнее, на комиксы Джека Кирби шестидесятых. Это видно и по стремлению утащить героев к космическим приключениям, и по дизайну злодеев. А история Мертвой Девушки, которая приходит в команду в ходе этой же сюжетной линии, опять-таки отдает «Сумеречной зоной» и другими аналогичными сериалами-антологиями. Только она гораздо мрачнее, чем то, что можно было позволить себе на ТВ.

Большую часть сюжета двигает здесь расовый комментарий: обязательства человека перед этнической группой, с которой он себя идентифицирует, институциональное насилие в США, passing privileges и перевоплощения. Поскольку автор статьи – настолько же снежно-белый, как и сценарист комикса, не буду ступать на скользкую дорожку рассуждений о предмете, с которым знаком чисто теоретически. Подтекст тут обширен, но неглубок, и людям, интересующимся вопросом, будет виден целиком. Скажем только, что номинальные злодеи истории, жертвы правительственных экспериментов, и по способностям, и по визуальным средствам, их изображающих, очень сильно напоминают скруллов.

В 128-м номере также находится самое необъяснимое решение художника за всю историю серии. Когда Мертвая Девушка и Фэт спешат к спасательной шлюпке, фон вдруг пропадает и вместо него показывается изображение с пластины «Пионера». То, которое создали Ломберг и Саган, только еще и отраженное слева направо. Почему и для чего это сделано — никто не может объяснить.

Наконец (пусть и ненадолго) комикс начинает исполнять свои прямые обязанности и рассказывать приключенческую историю со злодеями, ловушками и неожиданными перипетиями. Но даже это делает неспроста. Хотя супергеройский сюжет тут и довольно традиционен, завязка его мягко говоря не геройская. Медийный и правительственный заговоры, эксперименты на людях, рассчитанные человеческие жертвы – вот что запускает единственный за долгое время обыкновенный сюжет.

С этого сюжета становится заметно, что, осознанно или нет, Миллиган и Оллреды начинают «упрощать» персонажей, делать их более конвенционально комиксными. Заметнее всего это как раз с Мертвой Девушкой. В первых своих появлениях она выглядит не так уж похоже на стандартную марвеловскую «грудастую героиню» и ведет себя отстраненно и таинственно. Постепенно рисовать ее начинают более стандартно и привлекательно, а писать — как стереотипного женского персонажа, конкурирующего за роль «самой сексапильной» в команде, заводящей и бросающей отношения с Тайком Аликаром, и разговаривающей как нормальный человек. Можно списать всё на усталость авторов, но скорее всего, это тоже сатирический прием. Вечное внимание медиа заставляет людей «архетипизироваться», герои реалити-шоу ведут себя не так, как хотят, а так, чтобы привлечь внимание зрителей. И когда «странное» поведение не сработало, Мертвая Девушка стала действовать обычными средствами. Что до изменения внешности, то это явно кивок в сторону всех остальных мейнстримных комиксов, где как бы героиня ни выглядела при своем первом появлении, со временем она станет конвенционально привлекательной. Яркий пример — Девочка-Белочка, которую создатель, Стив Дитко, вовсе не задумывал красивой и даже похожей на человека.

Тайк Аликар — другой пример персонажа, чей характер уплощается и изменяется по ходу сюжета. Дело в том, что Тайк идеальный «второй номер», он плохо (по типажу) годится в лидеры, но хорошо уравновешивает командира. И по мере того, как изменяется характер Сироты (о чем ниже), изменяется и характер Тайка, которому нужно оппонировать уже другому поведению «главаря».

Любопытная деталь: в начале 127-го номера есть шутка про франшизу «Икс-Кафе». Можно подумать, что это про «Планету Голливуд» или другие рестораны знаменитостей, но на самом деле у «Марвел» в конце девяностых были собственные забегаловки, затея с которыми не удалась и они просуществовали меньше года.

 


X-Storm (#129)

В этом номере снова появляется приглашенный (язык в таких случаях не повернется сказать «подменный») художник, Данкан Фегредо. Его стиль во многом настолько же условен и упрощен, как стиль Оллреда, но Фегредо рисует более «реалистичных» людей, с более проявленной костной структурой и другими выражениями лица. При этом «под Оллреда» в этом номере рисуют игрушку, изображающую погибшую Ю-Гоу-Герл. С ее изображения выпуск начинается, и поэтому нас сразу преследует контраст между «идеализированными» образами Оллреда и «реальностью» Фегредо. Судя по всему, эта «реальность» стала нам видна, потому что после трагедии Гай «Сирота» Смит посмотрел на происходящее другими глазами. Ненадолго нам становится снова заметно, в каком коммерциализованном мире живут герои, и как идеализированы их «телевизионные» образы в противовес реальным. До сих пор очень мало значения придавалось смерти персонажей — внимания этому будет мало и дальше, но здесь мы замечаем, почему. Потому что в целом безразличные к людям герои, которых можно задеть только чем-то, что касается лично их, начинают привыкать. И на ком, как не на примере Гая Смита, Мистера Чувствительного, удобнее всего рассмотреть эту потерю чувствительности. В этом номере мы видим своего рода поворотную точку — хотя по Иди герой будет убиваться еще долго, решения он будет принимать уже другие. Пако Переза он спасет, потому что жизнь одного не менее ценна, чем жизни многих. Арти-фанбоя он убьет, руководствуясь ровно обратной точкой зрения. Членов команды X-Force, в том числе потенциальных, он будет выгораживать. Когда в X-Statix команда предложит ему убить надоевшую Генриетту, он сразу же согласится.

Здесь же вешается на стену ружье, которое выстрелит через шестнадцать выпусков — Гай Смит обещает сломать Спайку Фримену шею.

Молодой мультимиллиардер Фримен — еще один футуристический образ, который из сегодняшнего дня выглядит совершенно естественно, как будто так и надо. В 2000-е годы уже появилось немало молодых миллионеров, разбогатевших на софтверном рынке и интернет-проектах, но образ «миллионера в футболке» еще не вошел в массовую культуру. Там, где они изображались, они подавались как диковинка, нечто гротескное, художественный образ. В своем первом появлении Спайк Фримен похож на не Гейтса или на Цукерберга (тогда еще неизвестного), он похож на молодого Брэда Питта:

В этом же номере наконец, после большого количества «подводящих» моментов, начинаются «настоящие» сексуальные отношения Вивисектора и Фэта.

Нельзя сказать, чтобы гомосексуализм был «темой» серии Миллигана/Оллредов. Миллиган не делает каких-то особенно глубоких наблюдений на этот счет, но и не использует ее, чтобы щекотать и провоцировать читателя. Это было бы уже само по себе достижением, но Миллиган пошел дальше и мало того что единолично чуть ли не удвоил количество гомосесуалов в икс-комиксах, но и написал историю отношений двух постоянных участников команды, Фэта и Вивисектора, куда правдоподобнее, чем ждешь от сатирического комикса. Безусловно, все персонажи тут получились несколько карикатурными — от розового Блока к «гей-интеллектуалу» Вивисектору и далее к «Гейнгстеру» Фэту. Последний стереотип может быть меньше знаком русскоязычному читателю. Он больше характерен для «черных» и «латино» персонажей, когда сверхмаскулинный и агрессивный уличный бандит одновременно изображается имеющим гомосексуальную ориентацию, от чего получается «противоречивый» и «объемный», как это называется в учебниках сценарного дела, персонаж. Шутка Миллигана первоначально была в том, что Фэт (явно срисованный с Эминема) подражает уличной культуре гетто, и взял от нее вслед за манерой одеваться и говорить еще и сексуальные стереотипы. Но потом разовая шутка начинает преобразовываться в сюжетную линию.

В основе тут лежат два тренда, один медийный, а второй супергеройский. С начала двухтысячных (и, в общем, по сей день) масс-медиа очень любит «обнаруживать» гомосексуальность тех или иных знаменитостей, когда-то со скандалом, в новом веке — с наигранным ликованием. «Нетрадиционная ориентация» публичных персон привлекает к ним очень много внимания, и именно на это первоначально опираются Фэт и Вивисектор, когда хотят повысить свой рейтинг. При этом в супергеройских комиксах «подобное всегда тянется к подобному» — если в комиксе есть два черных персонажа, их попытаются объединить в пару, если есть два ЛГБТ-персонажа, то пару образуют из них, и так далее. Притом что с гетеросексуальными персонажами так делают далеко не всегда, тяга персонажа к людям своего пола почему-то обязательно означает, что два таких персонажа должны потянуться друг к другу. Этот штамп Миллиган и разрушает, когда Фэт и Вивисектор понимают, что да, они геи, но друг к другу их не тянет. Потом линии их личной жизни будут развиваться параллельно и без какого-либо сенсационализма.

Клиффхэнгеры Миллигана в последнем номере серии достигают своего предела – последний номер серии обрывается на полуслове, и завершением реплики персонажа служит логотип новой серии, название новой команды, которое мы увидим на полках через месяц. Мне не удалось найти примеры подобного в других комиксах, хотя я подозреваю, что они существуют. Но современному читателю этот обрыв фразы более чем знаком, потому что используется в каждом втором фильме про супергероев. Для кино этот трюк гораздо более органичен, однако происхождение свое наверняка берет из комиксов, хотя и вряд ли от Миллигана напрямую.

 


Good Omens (X-Statix #1-5)

Обложка первого номера новой серии копирует обложку «перезапуска» "Икс-менов", комикса Giant-Sized X-Men #1, вплоть до надписи Giant-Sized X-Statix — и технически это в самом деле увеличенный выпуск, в который входит две истории, одна с рисунком Оллреда, а вторая с Дарвином Куком.

Перезапуск X-Statix был один из самых безопасных в истории "Марвел": они приводили на новую серию всех поклонников X-Force Миллигана и Оллредов, плюс набирали новую аудиторию, которая серией интересовалась, но покупать журнал с трехзначным номером на обложке не рисковала. При этом можно было заработать дополнительные деньги на продаже «первого! номера! новой! серии!» — что «Марвел» делала реже, чем сейчас. Бренд X-Force, с которым поклонники Лайфелда, невзлюбившие новую клоунаду, ассоциировали «экстремальность» и адреналиновый фонтан, при этом освобождался под другие комиксы. Однако сразу запускать новый X-Force не рискнули, и выпустили его только после закрытия X-Statix. Демонстративное возвращение к корням выразилось в шестиномерной лимитке авторства Ничьезы и Лайфелда о старых знакомых персонажах, в которой Лайфелд для экономии времени и сил использовал ряд страниц, созданных для «старого» Отряда Икс и почему-либо не использованных.

Состав команды в новой серии будет меняться не так радикально, как раньше – персонажи все еще будут гибнуть, но новых вводить уже практически не будут. Это позволяет уличить Миллигана в наличии «любимчиков» среди персонажей серии, или по крайней мере в том, что он задумал конкретные истории, требующие этих персонажей (как Cure) и не может расстаться с ними раньше.

Перечислить мета-шутки Миллигана и его наблюдения за странными свойствами супергеройского комикса в этом и последующих сюжетах невозможно, поскольку их слишком много. Только в первой паре-тройке выпусков Миллиган меняет бэкграунд Фэта, как бы ретконит его; делает наблюдение о странном отношении фанатов супергероики к насилию, когда показывает шоу, целиком состоящее из разных способов убийства Мертвой Девушки; обсасывает феномен «производных» комиксов через появление Отряда О, копирующего Отряд Икс и становящегося популярнее, чем он, но погибающего при попытке слишком близко подойти к фанату оригинала. Это, разумеется, далеко не все.

Но в первую и главную очередь первая история новой серии – о взаимотношениях героев и их фанатов. Антагонистом здесь выступает подросток, почитатель Отряда Икс, которому не нравятся перемены в их облике и которых обладает способностью менять реальность, когда недоволен ею, так что героям угрожает опасность. В конце концов Арни (так зовут персонажа, и это тоже не самый тонкий намек) принимают в команду и в его присутствии герои вынуждены вести себя куда приличнее и дружнее, чем им хочется, чтобы не разочаровать всемогущего поклонника. Арни, поклонник Отряда Икс, то есть читатель комиксов, обладает, среди прочего, способностью возвращать к жизни мертвых, и авторы показывают – вернувшийся к жизни мертвый персонаж, чья смерть прочувствована и оплакана, это в лучшем случае временная иллюзия, а в худшем случае зомби, и так или иначе плохая идея. Возвращать к жизни персонажей следует воспоминаниями о них, и мастер-класс по этой части Миллиган покажет всего через несколько номеров.

Конечно, на самом деле это один из самых известных сюжетов «Сумеречной зоны», но с визуальными отсылками ко всем сюрреалистическим комиксам восьмидесятых и девяностых. За приключениями и драками (Миллиган тут доводит до абсурда способность супергероев обсуждать любую командную проблему прямо во время боя) здесь прячется размышление о взаимоотношениях героев и фанатов, не потерявшее актуальности до сих пор.

В этом тоже есть определенный футуризм. Визионерские комиксы восьмидесятых рассматривали конфликт персонажа с автором, но читателей всегда определяли на место контактеров со сферой больших идей (следуя за Муром и Моррисоном), героев будущего и личностей, которым виден любой подвох нарратива. Проблематика фанов, которые подчиняют себе историю, которые выдвигают требования к авторам и героям и способны влиять на их поведение и даже уничтожить их, если вдруг что не по ним, это нечто, что мы гораздо больше обсуждаем сегодня – но Миллиган заводит об этом разговор пятнадцать лет назад и демонстрирует вполне зрелую, пусть и циничную позицию.

Когда Арни принимают в команду, трюк с приглашенным художником, который позволяет посмотреть на реальность X-Statix другими глазами, повторяется. Пятый номер серии рисует Пол Поуп, добавляющий героям некой корявости (за неимением лучшего слова), которая хорошо передает читателю ощущение их телесности, настоящести. Довеском – очень полпоуповский злодей на пару страниц:

Любопытная деталь: на кладбище, где Арни поднимает мертвецов, похоронены персонажи «Симпсонов». Там лежат Фландерс, Бернс, Смизерс, Тервиллигер и прочие.

 


Moons of Venus (#6-8)

От пародирования «типичных супергеройских» и «типичных марвеловских» историй Миллиган и Оллреды переходят к созданию пародии на «типичную икс-меновскую» историю. Пародия довольно прямолинейная, вплоть до Гая, мнимое превращение которого в Bad Guy это довольно явная отсылка к превращению Феникса в Темного Феникса. Профессор Икс здесь выставлен похотливым стариком, которого постоянно интересует половая жизнь его воспитанников. Что правда то правда, с самых первых выпусков «Икс-менов» Ли/Кирби Чарльз Ксавье многовато принимал участия в этом аспекте жизни Икс-менов (особенно Джин Грей). Ксавье создает спецкостюмы для персонажей, и история смены костюмов для Венеры тут отражает разные аспекты «представления» персонажа аудитории. В зависимости от того, что мы «одеваем» на героиню, она может быть или супер, или не очень, или сильной, или уязвимой, и, разумеется, или сексуализированной, или нет, причем не всегда по своему желанию. Особая прелесть тут в том, что (как уже говорилось выше) Венера чернокожая, но поскольку у нее больше нет физического тела, этого не видно. А Ксавье создает для нее костюмы, в некоторых из которых она легко может прочитаться, как «белая» — в основном за счет черт лица и фактуры волос. Таким образом вся идентичность персонажа зависит только от того, как авторы его нарядят.

Злодей истории закономерно предстает аморфным потусторонним кошмаром, который собирает для себя образ из частей неиспользованных костюмов в мастерской Ксавье.

Как и полагается икс-меновскому сюжету, он строится на неожиданных поворотах и «открытиях», каждое из которых должно впечатлить читателя, но нуждается в пояснении персонажами. Обман ожиданий нужен и для хэппи-энда — мы вдруг неожиданно обнаруживаем, что семья Венеры не погибла, а жива и счастлива в другом измерении, видим их пару страниц, а потом навсегда о них забываем. Непонятно, как далеко тут простирается высказывание Миллигана: очевидно, что он показывает, что можно сделать, чтобы не «запихивать персонажей в холодильник», то есть не убивать их только для создания мотивации главным героям; однако неясно, намеренно он больше не возвращается к семье Венеры, или это просто не входит в его сюжетные планы. Возможность путешествовать в параллельные измерения забрасывается, что твой маховик времени из «Гарри Поттера» (но чуточку предвосхищает Sex Criminals).

Есть тут и довольно прямолинейная метафора про мутантов и социальную дискриминацию — злодейка, Шерон Гинсберг, должна была скрывать свои дьявольские крылья во время всей учебы на юридическом, так что у нее не было личной жизни и она выработала в себе стервозный характер. Впрочем, и она, и ее партнер О'Салливан служат для комикса вполне прямолинейными злодеями, чей подтекст особенно никуда не развивается, если только сверхъестественные юристы это не отсылка к сериалу «Ангел».

Помимо основной сюжетной линии, здесь продолжает двигаться мета-сюжет, связанный с деятельностью команды, реакцией на нее общества в лице толп поклонников/противников и медиа – в лице Лакуны и ее телешоу.

Характерной чертой «культуры знаменитостей» является то, что для них не писан закон. В X-Statix об этом не раз рассуждают прямо, в первом сюжете серии Тайк демонстрирует, что бизнесмены только рады, если он бьет витрины в их магазинах, потому что плохого пиара не бывает, но в этом сюжете есть показательный пример, который идет гораздо дальше. Лакуна прямо в своем шоу рассказывает, что совершила убийство, причем в рамках преступного сговора — и ничего не происходит. Ее не просто не привлекают к ответственности, мы даже не видим никакой негативной реакции публики!

Любопытная деталь: у Венеры нет никаких лун. Ни одной.

 


Одиночные выпуски X-Statix #9, #10, #11, #12

Притом, что Миллиган вполне психологичен, и пишет своих персонажей, как живых людей, а не как олицетворения идей или сюжетные марионетки, его подход отчасти уникален. Миллиган не занимался, как тот же Мур, деконструкцией супергероев, не показывал, что поведение, которое мы считываем, как героическое, в жизни является опасным, социопатическим или фашистским. Миллиган сразу показывает, что его персонажи ничуть не герои, они явно неприятные люди, жаждущие славы, неспособные контролировать свои желания и эмоции, безразличные ко всему, кроме себя. Даже самые лучшие и искренние из них проявляют такие устремления – иначе зачем бы они хотели состоять в Отряде Икс.

Следующий набор номеров замечателен не только вставным выпуском про Ю-Гоу-Герл, который нарисовал Филипп Бонд и который совершенно прекрасен, но и появлением нового персонажа в команде. Это Эль Гуапо (красавчик), и помимо того, что он первый латиноамериканец в серии, он еще и чудная пародия на явление «иммиграции в канон».

Периодически бывает так, что в экранизациях или адаптациях комиксов вводят новых персонажей, которые удаются создателям так хорошо, что становятся популярнее сериала или фильма, в котором появились. После этого их неизбежно вводят в комиксы, чтобы заработать больше очков (и долларов) на этой популярности. Самый известный пример тут Харли Квин.

С Гуапо происходит то же самое, но ВНУТРИ истории. Он третьеразрядный мутант, которого «досочиняют» в команду, когда про нее снимают фильм, чтобы привлечь интерес латиноамериканских зрителей. История с фильмом вообще полна шуточек о том, что случилось бы с X-Statix, занимайся серией кто другой, а не Миллиган. Но Гуапо показывает себя так хорошо, что его принимают в настоящую команду X-Statix, хотя он даже не собирался в нее попадать. В дальнейшем его линия становится историей о том, как реалити-шоу, богатство и популярность меняют людей и толкают их на необдуманные поступки.

Гуапо — супергерой прямиком из девяностых. Он невероятно стереотипен, включает столько элементов «урбанистической» культуры, сколько смогли бы втиснуть седовласые марвеловские сценаристы в одного персонажа, и обладает ультра-узконаправленными мутантскими способностями, вызывающими слишком много вопросов. У него есть ментальная связь с его скейтбордом, так? Как она проявилась? Она связана с любой доской или с этой конкретной? И откуда взялась доска? Между тем, подобного рода персонажей в икс-комиксах девяностых было завались.

Впоследствии Гуапо сначала становится инвалидом (и пародией на лицемерную инклюзивность, которой тоже было много в масс-медиа начала двухтысячных), а потом гибнет точно так же, как впервые погиб Зеленый Гоблин, и тут читателю уже надо просто отказаться считать хоть какие-то отсылки в работе Миллигана и Оллредов случайными.

На самом деле в истории Гуапо, особенно в его взаимоотношениях с любимой девушкой, есть много действительно драматичного и мрачного материала. Но из-за диалогов Миллигана и ярких красок Лоры Оллред степень серьезности происходящего можно счастливо проигнорировать, и это, как уже говорилось выше, часть замысла. В соседнем выпуске находится история про патологоанатома, чья склонность к педофилии и влечение к собственной дочери удерживаются в узде только из-за некрофилии. А только что мы обсуждали сюжет, в котором Венеру Милосскую, судя по всему, в детстве изнасиловал ее старший родственник. Миллиган вводит эти темы не для того, чтобы нас шокировать, разве что контрастом между формой и содержанием. Отчасти эти темы здесь присутствуют, чтобы мы их не заметили сразу, но сообразили потом — и так получили способность смотреть «дальше» манеры и тона комикса. Если так сделать, мы обнаружим очень много мрачного и неприглядного в нашей любимой наивной супергероике. Поверьте, этого там так много, что некоторые публицисты всю жизнь только об этом и пишут, а материал все не заканчивается и не заканчивается.

Остановлюсь еще только на одной сюжетной линии в этом блоке. Миллиган в 12-м номере неожиданно предвосхищает момент из All-Star Superman, где Супермен спасает стоящую на карнизе девочку в готическом макияже. Мертвая Девушка переживает сходную ситуацию, но с тем отличием, что ей не удается спасти девчонку. Это событие — часть истории о том, что желание стать «секс-символом» неизбежно делает знаменитость примером для подражания, и что подражание знаменитостям никогда не здорово: ни для тех, кто подражает, ни для тех, кому подражают.

Любопытная деталь: в 12 номере, еще до всех проблем, которые возникают у серии, Майк Оллред впервые берет себе в помощь инкера. Это почти незаметно визуально, но интересно в контексте того, что происходит с серией дальше.

 


Back from the Dead (#13-18)

Вот мы и подобрались к одной из самых интересных историй об X-Statix — истории о том, как Миллиган рискнул, «Марвел» испугался, и все это в итоге привело к гибели серии.

Дело в том что первоначально этот сюжет назывался Die another day, был раза в два короче и вместо Генриетты Хантер из мертвых должна была возвращаться всамделишная принцесса Диана. За этим, кроме очевидной провокации, была логика. В серии про мутантов-знаменитостей напрашивалось появление персонажа, суперспособностью которого будет «быть знаменитым». Диана — хороший (так, по крайней мере, считал Миллиган) пример человека, который знаменит только тем, что знаменит. К тому же, Диана проделала с королевской семьей Британии примерно ту же трансформацию, которую X-Statix проделал с мутантами: превратил тех, кого боятся и ненавидят, в гламурных телезвезд, за богатством и похождениями которых следит по телевизору вся страна.

Затея казалась «Марвел» хорошей, был полностью нарисован выпуск, утверждены обложки, вышли «солиситы» для магазинов… 

…и тут оказалось, что общественность к такому не готова. Эпоха уже вполне интернетовская, так что любой желающий может найти пятнадцатилетней давности диалоги на форумах, где прожженные любители «грим-энд-гритти», читатели британских антологий говорят: «Нет, это уже как-то чересчур». Молодежь возмутилась и в Британии, и в США, что интересно. Конечно, самой королевской семье всё это было до лампочки. Но «Дэйли Мэйл» (желтейшая, но ОЧЕНЬ крупнотиражная британская газета) сфабриковала комментарий «неназванного лица в Букингемском дворце» о том, что принц и королева очень возмущены такой непочтительностью, и эта заметка приобрела, как сейчас бы сказали, вирусную популярность.

В «Марвел» дали задний ход в последний момент. Номер было велено перерисовать и перекрасить, все упоминания о Диане и Британии убрать. Разумеется, прахом пошли и будущие планы Миллигана. В итоге мы получили историю о поп-певичке из страны Европа, которую непонятно зачем хотят убить какие-то почтенные пенсионеры (отчетливо британские, конечно).

Перерисовывали и перекрашивали, конечно, за минимум времени, поэтому разглядеть Диану на месте Генриетты не составляет труда. На аукционах все еще можно найти оригинальные страницы, позволяющие  представить, каким комикс был первоначально.

Остались и следы первоначального сценария. Так, Фримен один раз проговаривается о “британских налогоплательщиках”, а среди характерных черт Генриетты есть умение эффектно махать фотографам (Диана делала это особым запоминающимся образом), дружба с Элтоном Джоном и борьба с минными полями, что было одним из главных гуманитарных проектов Леди Ди.

Чем дальше по сюжету, тем меньше сходства у Генриетты остается с Дианой. Миллиган, как хороший сценарист, пытался добавить объема персонажу, у которого его изначально не было, и вообще пытался сделать с историей что-то хорошее. Удавалось ему не очень, однако провальной или слабой эту арку можно назвать только в сравнении с выходившими параллельно работами Моррисона, Миллара и других британцев на американской службе. По меркам современных нам с вами икс-комиксов этот сюжет был очень даже на уровне.

Главным ударом было не то, что в планы Миллигана вторглись в последний момент или что ему не дали сделать то, что он хотел. Миллиган успел поработать со всеми крупными издателями, он был и остается надежной «рабочей лошадкой». Но резкая смена курса застопорила обоим авторам работу. Сценаристу пришлось в первом номере арка быстро напринимать каких-нибудь решений, чтобы комикс был сдан в срок. Для обработки и «разруливания» этих решений потребовалось почти полгода комиксов, тогда как первоначальный замысел должен был бы сработать за пару номеров. Но когда у вас нет всем знакомой Дианы, и вам нужно не только сюжет, но и все отсылки, все намеки делать заново — это сказывается на качестве.

Еще тяжелее пришлось Оллреду, который должен был поспешно перерисовывать и уже сданный выпуск, и все страницы, подготовленные к следующим номерам. В итоге начались задержки в его работе, выпуски стали откладывать, переносить, и это привело к разочарованию читателей и падению продаж. От такого удара серия уже не оправилась и в следующем году закрылась.

Винить в случившемся авторов нельзя. Известное дело — если американское издательство «про супергероев» нанимает к себе безумного британца, то он приходит с безумными британскими идеями. Задача редакторов потом держать этот сумрачный гений в узде. И пусть бы даже издательству шутка до последнего казалась удачной, а сюжет морально приемлемым, но желание остановить процесс в последний момент, в панике дернуть стоп-кран и привело к проблемам.

Однако не позволим одному аспекту этого сюжета заслонять все остальные. Здесь в первой же части авторы презентуют команду «Евро-Трэш», служащую пародией на все «этнические» мотивы в "Икс-менах" сразу. Пародия на первый взгляд выглядит грубой, уровня тех, что делал Эннис — даже Блок и Ла Нуи из первых номеров серии выглядят на фоне "Евро-Трэша" элегантнее. А ведь Ла Нуи — это мутант с французским именем, похожий на лягушку. Но грубой пародия кажется только в том случае, если забыть мутантотворчество классических авторов «Марвел» на всех икс-сериях с самого начала и до двухтысячных годов. Ирландец по кличке Банши, одетый в зеленое и с луженой глоткой — это был еще очень хороший и ловкий ход, большинство представителей «экзотических» народов писались и рисовались как откровенные карикатуры. Для некоторых персонажей со времем был найден способ реабилитации, других пришлось спрятать подальше. Как честно говорит Миллиган на странице, да, это грубые стереотипы, но американцам нравятся именно такие. Интересно, что в дальнейшем Surrender Monkey оказывается не французом, а американцем. Что можно предсказать заранее, потому что выражение Surrender Monkeys взято из «Симпсонов».

К линии про Генриетту/Диану в середине примешивается другой сюжет, явно замысленный первоначально, как отдельный. Это история про курсы саморазвития, которые ведет человек в маске со штрихкодом Мистер Код; обещания Мистера Кода состоят в том, что Америке нужно измениться, и скоро последователи его интенсивной терапии по-настоящему оживут и закалятся, и все у них будет хорошо. Для того, чтобы изменить Америку, последователи Мистера Кода выходят на улицы и начинают пальбу по тем, кто им не нравится. Здесь можно увидеть столько отсылок на все, начиная от «В значит Вендетта» и заканчивая актуальной политической историей, что трудно даже начать разбирать. Отдельно стоит отметить только, что в конце истории Мистер Код появляется в желтом костюме героини из фильма «Убить Билла» и во время боя с Гаем Смитом отмечает: зрители (то есть читатели) разучились архетипизировать собственную драму, утратили свои мифологии, и поэтому нуждаются в супергероях и суперзлодеях. Ничего особо остроумного, правда, Мистер Чувствительный ему не отвечает.

Когда с Мистера Кода снимают маску, герои его опознают, но для читателей это лицо совершенно ничего не говорит. То же самое потом произойдет второй раз в лимитке Dead Girl со злодеем по прозвищу "Жалкий", которого раздражает то, как часто супергерои воскресают из мертвых. Этот прием не раз использовался в самых первых комиксах про Человека-Паука авторства Ли и Дитко. Узнавания-неузнавания там были повторяющимся мотивом, ведущим к появлению и потом разоблачению Зеленого Гоблина.

Любопытная деталь: что вы получаете, когда берете британца писать американские комиксы? Иногда вы получаете кадр, в котором персонаж говорит, что в США пятьдесят один штат.

 


The Cure (#19-20)

Иногда авторы предсказывают тренды, иногда следуют за ними, а иногда просто что-то в воздухе носится. С разницей в буквально пару лет Миллиган сделал историю про исцеление от мутации, стартовали Astonishing X-Men Уидона и Кассадея, где был сюжет про становящееся широко доступным лекарство для мутантов, и произошел House of M, в ходе которого большинство мутантов лишились своих способностей. Все эти истории используют метафору «излечения» мутантов для разных целей и приходят к разным выводам. И понятно, что мотив «устранения мутации» присутствовал в икс-комиксах и раньше. Но глядя на даты выхода разных журналов, иногда невозможно не провести параллель.

В остальном это, наверное, самая стандартно-супергеройская история в серии. Главная ее достопримечательность - последний гостевой художник на серии. На удивление, это не признанная знаменитость, а восходящая звезда в начале своей карьеры. Двадцатый номер серии нарисовал Ник Драготта, и его интересно рассматривать с тем, чтобы заметить нюансы техники, на которых Драготта потом сделает себе имя. В X-Statix он еще очень груб и безлик, и гораздо меньше, что интересно, похож по технике на Оллреда или Поупа, чем будет потом.

Любопытная деталь: несмотря на то, что X-Statix никогда не обращал внимания на большую вселенную "Марвел", некоторые детали позволяют очень точно позиционировать события серии в общей хронологии. В этом сюжете профессора Ксавье изображают в инвалидной коляске, а в прошлый раз мы видели его стоящим на ногах. Это значит, что события The Cure происходят после New X-Men #150.

 


The Good and the Famous (#21-25)

Завязка последнего сюжета такая же искусственная, как всегда в кроссоверах «Марвел» (в двухтысячные, положим, они стали несколько сложнее и логичнее). Команда отправляется в Россию искать себе «нового владельца» после того как пять номеров назад Гай сломал шею Спайку Фримену, тем самым показав, что в серии может умереть буквально кто угодно. Отсюда возникает вопрос, насколько «владельцем» команды был Фримен, если после его смерти она никому не досталась. Так или иначе, в России Дупа отнимают, а затем выручать его прилетают Мстители. У Дупа в результате произошедшего взрывается мозг (как я уже повторил не раз, Миллиган любит подтексты, но не любит их прятать) и две команды супергероев наперегонки отправляются по всему миру собирать части разорвавшегося на части мозга.

Оллреды и постоянный инкер этого сюжета Ник Крейн получают возможность порисовать Мстителей в классических костюмах и схватки между супергероями, а Миллиган — поупражняться в сатире на типичные коллизии кроссоверов "Марвел", от путешествий в экзотические места до попадания в необычные ситуации, уравнивающие героев. Тут происходит одна из самых вспоминаемых фанатами серии сцен: схватка голых Тони Старка и Гая Смита, в которой оба метят по болевым точкам, а еще Старк бросает травинку и ломает ею челюсть сверхчувствительного Гая.

И обложки, и структура глав, где в названиях написано, какие персонажи тут столкнутся, тут пародируют кроссоверы «Марвел» из шестидесятых-семидесятых. Мстителей рисуют в костюмах той же эпохи, чтобы сразу показать читателю, что комикс выведен из основной хронологии и не привязан к остальным событиям вселенной (что де-факто всегда было известно).

Возможность столкнуть персонажей серии на равных с самыми известными героями «Марвел» настолько интересна, что авторы нарушают свое неписаное правило и делают само приключение, а не взаимоотношения команды, основой сюжета. Впрочем, к этому моменту продажи серии уже давно пошли на спад, так что Миллиган и Оллреды наверняка сознательно веселились. Правда, между драками выпуски не забывают наполнять сатирой, увы, довольно прямолинейной, хотя и не всегда «вечнозеленой». Например, предложение Тору баллотироваться в президенты Асгарда, потому что он бывалый вояка — это отсылка к кандидатуре Джона Кэрри в выборах 2004 года, где акцент делался на то, что его военная служба дает ему уникальный опыт.

А в конце сюжета отряд решает расстаться, как это тоже часто делают марвеловские команды. Но не по какой-то сложной причине и не из-за морального конфликта, а потому что им все надоело и у них есть более выгодные предложения «сольных» карьер.

И раз уж он служит макгаффином этой истории, нельзя больше откладывать и необходимо рассказать больше про Дупа.

Дуп — персонаж настолько абстрактный и сюрреалистический, что он одновременно и уместен, и неуместен в комиксах про мутантов. В X-Force он появляется безо всякого объяснения, участвует в сюжете скорее номинально, и является своего рода суррогатом автора. Как телезрители символизируют читателей комикса, для удовольствия которых герои лезут из кожи вон и благодаря вниманию которых процветают, так Дуп — это камера, которая выбирает для похождений героев наилучшие ракурсы, подсматривает за ними, даже когда они того не хотят, является совершенно чуждой и непостижимой Отряду Икс сущностью, которая при этом непрерывно их сопровождает, а еще время от времени говорит вещи, которые «слышат» персонажи, но «не слышим» мы. Всем членам команды всех поколений слова Дупа понятны, а вот «ненастоящий герой» Гуапо после попадания в команду должен изучить его язык. Возможности Дупа как мета-персонажа Миллиган будет активно использовать в дальнейшем, например, в сольной серии Дупа, где для того не существует комиксной хронологии и четвертой стены: Дуп там преодолевает границы кадров, а также вторгается в закулисье известных марвеловских событий, что открывает для Миллигана новые возможности критиковать штампованность и скуку современных ему комиксов.

Дуп — единственный из персонажей X-Statix, который обрел в икс-комиксах собственную жизнь. Его бэкграунд со времен Миллигана несколько дополнился (хотя никто, кроме самого Миллигана, не рискует делать это много и с конкретикой), но в целом он остался таким же загадочным и непроницаемым. Возможно, в этом и секрет его успеха — и кстати, именно об этом шутит Миллиган, когда еще в X-Force делает Дупа старым знакомым Росомахи. То есть другого персонажа, чьи не до конца определенный набор навыков и способностей и таинственное прошлое («Ты не говорил, что умеешь читать по-японски!» — «Ты не спрашивал») много лет эксплуатируются и лежат в основе его популярности.

Но в отличие от Росомахи, в Дупе нет ничего особенно оригинального. Нельзя сказать, что он списан с Лизуна из «Охотников за привидениями» — это сходство присутствует в комиксе, но его нет в первоначально скетче Оллреда:

Как видим, из первоначального дизайна даже не следует, что Дуп должен быть зеленым. Это, явно как и большой рот, было добавлено позже. Но икс-комиксы всегда были полны персонажей, копирующих узнаваемые поп-культурные образы, потому что новых мутантов требуется много, а фантазия авторов перед дедлайном небесконечна.

Суть и «бессмертие» Дупа в том, что за персонажем нет идеи, только визуальный гэг, и поэтому его можно использовать в каких угодно целях. В X-Statix Дуп служит маскотом команды, мы чаще всего видим мерчандайз именно с его участием. Почему он часть команды? Мы не знаем, но не сомневаемся, потому что на его теле есть характерный «Икс», хотя даже непонятно, на чем он изображен — одежды-то Дуп не носит. Впрочем, потом этот «Икс» художники периодически игнорируют.

Любопытная деталь:  шрифт, которым написаны реплики Дупа, называется Roswell Wreckage. Интересно, что хотя идея изображать инопланетную речь подстановочным шифром не нова, в марвеловских комиксах Дуп, похоже, первый ее использует. У "ДиСи" на «подстановочных» языках разговаривали еще в конце шестидесятых — что на Криптоне, что в Легионе Супергероев. А вот к «Марвелу» эта мода приходит только в двадцать первом веке: так говорят инопланетяне и в Secret Invasion, и в Ultimates, и в Young Avengers. Самый известный пример последних лет — конечно, комиксы Джонатана Хикмана. Отличие всех этих случаев от Дупа в том, что первоначально реплики Дупа не требовали расшифровки, гэг строился на том, что читатель видит реакцию других персонажей, но не понимает, на что именно она была.

 


Are You Ready? (#26)

Все хорошее когда-нибудь заканчивается, и из-за падения продаж и усталости авторов закончился и X-Statix. Финальный выпуск серии, в котором Миллиган уничтожает всех своих персонажей, потому что обещал, что в этой серии может умереть кто угодно — это мастер-класс в «параллельном» сюжетостроении. Мы попеременно следим за последним боем команды и за их разговором, ему предшествующим, и получаем два финала истории. Один — эмоциональный, когда последние оставшиеся в живых, Тайк Аликар и Гай Смит, бросаются навстречу врагам точно как Буч Кэссиди и Санденс Кид навстречу боливийской армии. И следующий за ним — символический, в котором герои рассказывают друг другу о контрактах, которые им предложили, а потом телепортируются, оставляя за собой пустой кинозал и светящуюся табличку «Выход». Представление закончилось, можно уходить.

Понятно, что никого не ждет счастливый конец, но большую часть персонажных линий авторы так или иначе подводят к завершению, так что хотя жизнь персонажей и обрывается, в истории наступает комфортный для читателя финал. И это еще одна демонстрация того, в каких отношениях мы находимся с историями и персонажами в них. Пусть они и неприятные люди, а мы все равно переживаем за них. И пусть мы и верим, что они «почти как настоящие», а все равно для нас в финале важнее логическая завершенность истории, а не то, что персонажи будут жить долго и счастливо.

Конечно, X-Statix серия не исчерпывается. Рано или поздно не выдерживают любые создатели. Через два года после финала вышла лимитка X-Statix Presents: Dead Girl о путешествии Мертвой Девушки по загробному миру, в ходе которого она встречается с большинством прежних соратников. Но на самом деле, хотя эта история и написана Миллиганом и покрашена Лорой Оллред, это скорее история о Докторе Стрэнже, и она нехарактерно для X-Statix «включена» в большой марвеловский мир с его героями и злодеями. К тому же рисовал ее в большей степени Ник Драготта (уже гораздо более узнаваемый), чем Оллред. Ее легко можно пропустить, она не усиливает, а ослабляет эффект финала основной серии.

Есть еще неинтересный спешл X-Men Unlimited #41 про X-Statix, и двОйник «Росомаха и Дуп», нарисованный Дарвином Куком и вышедший в разгар популярности серии. Там Миллиган и Кук увлеченно пародируют нуарные истории — причем скорее так, как это делал бы Кук, чем в духе комиксов Миллигана. С этого двойника началась самостоятельная популярность Дупа как персонажа. Но Дуп сам по себе — это совсем другой стиль юмора и почти никакой мета-критики, за которую можно любить основную серию.

Если вам все же хочется побольше Дупа, то можно обратиться к его собственной серии Doop Миллигана и Лафуэнте, либо к Wolverine and the X-Men Аарона, где Дуп периодически появляется.

 


Outro

Заканчивать длинные тексты особенно трудно, да финальные слова никто толком и не читает — выводы известны, сентимент понятен.

X-Statix сейчас читается, как герметичная история, вещь в себе, не требующая внешних контекстов или знания положения марвел-вселенной на какой-то момент. Какие-то шутки могут быть в ней непонятны, а какие-то размышления покажутся устаревшими, но этот комикс так же хорош сегодня, как без малого пятнадцать лет назад, и заслуженно находится в верхней половине «мастрида» нашего сайта. Увы, по-русски его пока никто не издал (он в мастриде, чего вы ждете?). Его, может быть, не тянет перечитывать. Но когда редакция спросила друг друга, какая работа за последние пятнадцать лет необратимо изменила мейнстримные комиксы, все переглянулись и единодушно сказали «Икс-Статикс». А я вот рассказал вам, почему. 

Ещё много интересного
19.03.2015, 11:36 — Евгений Еронин
Реакция на историю с обложкой Batgirl вскрыла большую проблему российской комикс-культуры.
14889 269
05.06.2015, 08:11 — Евгений Еронин
UPDATE: Вышел второй тизер!
15707 142
22.03.2015, 19:03 — Евгений Еронин
В конце недели произошло сразу два неприятных случая, в которых российские издатели комиксов показали себя не с лучшей стороны. Мы решили провести беспристрастную аналитику этих событий.
12139 103