RSS
Рекомендуем

Обзор: «Кальвин и Хоббс» — срез локализации

18.07.2016, 15:04 — Александр Лисовский 2312 1

Всем известно, что никаких взрослых на свете не существует, есть лишь в той или иной мере подросшие дети. С другой стороны, никаких детей тоже нет, дети всё прекрасно понимают, и лучше всего, как завещал Карл Саган, с ними с самых малых лет обращаться как с маленькими взрослыми.

Перед нами похождения молодого Лорда Кальвина, будущего реформатора и основателя целого протестантского направления, и его воображаемого тигра, Томаса Гоббса – тоже знатного философа, только уже материалиста (в комиксе он часто выступает голосом разума и сатиры). Ну да светлое социально-политическое будущее наступит потом, а сейчас Кальвин – актёр театра кабуки, разыгрывающий сам с собой увлекательные сценки, и познающий сложную, противоречивую природу всего сущего посредством диалогов Платона.

Кальвину шесть лет, он без ума от динозавров, пришельцев и родного двора, особенно в зимнем антураже – со снежками, санками и армией снеговиков. Больше всего на свете Кальвин ненавидит скучную, остекленевшую, бестолковую школу, готов сутками торчать перед телеком, а также неустанно ломает голову над главной загадкой жизни, вселенной и всего такого: зачем на свете нужны Облезлые Щупальцевидные девЧонки.

Кальвин любознателен, активен, обладает богатейшей фантазией и безудержной энергией, но, в отличие от многих других мультипликационных персонажей, он совсем не идеальный, иной раз откровенно вредный ребёнок, хитрый жук, классический троечник и растяпа по части спорта, хроническая жертва школьного задиры и домашних подзатыльников со стороны полосатого старшего брата – словом, перед нами совершенно нормальный, живой мальчуган, коих тысячи и миллионы по всему свету.

Подозреваю, именно здесь и кроется главный секрет очарования данного комикса. Ну, и в Хоббсе, конечно. Дети прекрасно умеют отличать правду от вымысла (навык, который люди лишь теряют с годами), поэтому могут себе позволить завести воображаемого друга без особых последствий для психики. Все любят котиков, а все котики воображают себя тиграми – большими, пушистыми, хищными, коварными, в один момент сладко потягивающимися на солнышке, в другой – мощной пружиной сбивающими с ног своего лучшего розовощёкого друга. Каждый раз, когда в кадре появляется кто-либо помимо Кальвина, Хоббс мастерски притворяется обычной плюшевой игрушкой. Как ни крути, тигр – идеальный товарищ!

Ярким приключениям "Кальвина и Хоббса" тесновато в рамках четырёх панелей. Часто складывается ощущение, что в размышлениях над той или иной шуткой автору приходил в голову примерно миллион разных способов её исполнения, и он выбирал несколько вариантов дальнейшего развития, которые в итоге составляли серию самодостаточных, но при этом тематически связанных друг с другом стрипов (н-р, как Кальвин лепил антропоморфных снеговиков). Подобный сериальный эффект, на мой взгляд, украшает сборник, получается такой своеобразный комедийный running joke для своих. Другие сюжеты, как в комиксах о "Муми-троллях", и вовсе представляют собой большую цельную историю, разбитую на множество стрипов (н-р, о работе над домашним заданием с помощью машины времени). Как говорит сам автор, разные подходы вносят в произведение дополнительное разнообразие, а более долгие истории позволяют читателю глубже узнать персонажей, увидеть их мысли и мотивацию и, как результат, сблизиться с ними.

"Кальвина и Хоббса" называют последним из Больших газетных комиксов, оказавших колоссальное влияние на поп-культуру, заслуживших как народное обожание, так и академический интерес. Биллу Уоттерсону было двадцать семь, когда после долгой стрельбы по воробьям очередная его идея, наконец, пробила толстую шкуру газетных редакторов и начала стремительно набирать обороты. За вычетом двух перерывов, комикс-стрип выходил ежедневно с 18 ноября 1985 года по 31 декабря 1995-го, где, на пике своей популярности, задорная парочка появлялась на страницах 2400 газетных изданий с общей аудиторией, насчитывающей сотни миллионов человек [1]. Последний выпуск был воспринят как гром среди ясного неба, пепелище от страшного удара не развеялось и до сих пор. Впоследствии серия перепечатывалась в более чем 50 странах, а общий тираж книг-сборников к 2010-му году приблизился к 45 миллионам экземпляров.

И если Чарльз М. Шульц, автор Peanuts|Снупи, один из основоположников стандартного четырёхпанельного комикс-стрипа, выстраивал свою империю первоклашек на протяжении пятидесяти лет, до самой своей смерти в 2000-м, заработав на серии в общей сложности более миллиарда долларов [2] и звезду на голливудской "Аллее славы", то Билл Уоттерсон, родившийся в один год с термином "анти-истеблишмент", прочно занял диаметрально-противоположную позицию: никакого лицензирования, никакого мерчандайза, Кальвин с Хоббсом не продаются, они останутся исключительно литературными персонажами. Более того, через десять лет после первого выпуска автор сознательно закончил серию на самой вершине её успеха, как он позже отметит, потому что за эти годы уже сказал всё, что хотел, и продолжать комикс означало бы повторяться и тянуть кота за хвост [и продолжать отбиваться от всё более назойливых предложений лицензирования]. Интересно, что таким образом "Кальвин и Хоббс" фактически закончился на пять лет раньше, чем один из своих прообразов и представитель предыдущей эпохи, "Снупи" (пик популярности которого пришёлся на вторую половину 60-х). Напомню, это случилось ещё в 1995-м, и с тех пор Билл, и без того известный своей крайне замкнутой натурой, окончательно удалился от общества и последние двадцать лет, по всем канонам как западной, так и восточной философии, занимался решительно неизвестно чем.

Когда в 2015 году Уоттерсон в рамках тематической выставки дал развёрнутое интервью обо всём на свете, издательство на радостях выпустило его отдельной книгой (довольно интересной, кстати; надеюсь, "Зангавар" возьмёт на заметку). Почему же "Кальвин и Хоббс" ничуть не устарел и не был забыт спустя столько лет? Люси Касвелл, основатель Библиотеки-музея карикатур и комиксов при Университете штата Огайо так отвечает на данный вопрос: ”По-моему, на то масса причин. Очаровательные персонажи, прекрасный рисунок, постоянно происходят захватывающие, неожиданные события. А ещё "Кальвин и Хоббс" был написан с уважением к читателю. Автор предположил, что читатель достаточно развит, чтобы правильно понять его, и читателю это понравилось. Люди оценили подобный подход. Ну и, конечно, комикс не теряет своей актуальности, потому что исследует извечную тему ребёнка и мир его фантазий”.

* * *

Давайте перейдём к срезу локализации. Обе книги одинакового формата, и, для разнообразия, речь будет идти преимущественно про вторую (“Здесь повсюду сокровища!”). Однако и про первую (“Все дни забиты до предела”) забывать не будем, некоторые примеры приведены из неё.

Прежде всего хотелось бы отметить, что ни один из многочисленных обзоров не подготовил меня к реальным размерам издания. Оно оказалось неожиданно большим!

Итак, у нас с трудом умещающийся в руках гигантский альбомный формат, мягкая обложка, крепкий, прошитый переплёт, немного просвечивающая (особенно, на фотографиях) офсетная бумага, качественная чёрно-белая и цветная (для воскресных выпусков) печать. Отдельно стоит отметить хорошо подобранные шрифты:

Ну а что же перевод? Издательство "Зангавар" так отвечает на вопрос, нужно ли покупать их книги, если дома уже лежат выпуски, публиковавшиеся в "Классном журнале": ”Мы делаем полноценный перевод всех шуток и замыслов автора, а в КЖ сильно сокращают текст, делают его проще для самых маленьких читателей, но увы, в ущерб литературной составляющей этого великого комикса”. И действительно, в целом могу сказать, что перевод сверхкачественный, ощутимо лучше, чем в среднем по индустрии. Шутки звучат живо и забавно, нет ни тени сомнения, что слова вышли из уст данного героя, и в то же время по возможности бережно сохраняется структура оригинального текста и, самое главное, его настроение, эмоциональная составляющая.

Не со всеми неизбежными изменениями я лично был согласен, встречались и странности, и немного классических переводческих недочётов (злоупотребление словом-паразитом "это" и его производными, дополнительное объяснение шутки, чрезмерное упрощение некоторых аналогий...), но куда чаще сиял творческий, с литературными аллюзиями подход, особенно что касается самого сложного – игры слов, стихов и стилистики.

Впрочем, и обычные шутки в переводе зачастую становились богаче и ещё смешнее. Это как на съёмках фильма, когда сценаристы проделывают колоссальную работу, тщательно продумывают и оттачивают каждую грань диалогов, а потом актёры, повинуясь внезапному душевному порыву, вносят свой элемент импровизации, и конечный результат в итоге лишь выигрывает.

Начнём со страданий, которые, как известно, закаляют характер.

Заглавный разворот второй книги. Не понимаю, почему "лохмотья", когда должны быть "личинки"? Слишком омерзительно? Ну это же Кальвин!

Единственная системная ошибка, которая периодически зудела у меня над ухом – неправильное выделение интонаций, особенно в первой книге. Некоторые редакторы считают, что интонации в переводе вообще выделять не следует, т.к. английский язык якобы позиционный, а в русском нужное смысловое ударение как будто само появляется при определённом порядке слов. Я лично с таким подходом в корне не согласен, но в то же время необходимо отметить, что при простом переносе выделения с оригинального слова на переведённое часто получается полная ерунда: легко и просто сказать "Oh, i already do!", но ни один русский человек не поставит ударение на слове "такая" во фразе "О, она уже такая!" Тут необходимо делать перевод как бы второго уровня – произнести переведённую фразу вслух с подходящей случаю интонацией и заметить, куда персонаж сделал ударение.

Во второй книге данная проблема тоже встречается, но уже куда чаще интонация при переводе переезжает на правильное, более естественное слово. К слову, данный стрип в переводе я не понял. "Столь скорого суждения"? О чём это вообще? В оригинале ясная финансовая шутка: бюджет-аудит.

Здесь же, по-моему, перевод зашёл слишком далеко. Шутка смешная, но, во-первых, не понятно, почему мама преспокойно сидит в рубашечке, раз дома десять градусов по Кальвину, а во-вторых, смысл получился прямо противоположный оригинальному.

Гуглопедия нам подсказывает, что в США нет центрального отопления – в зависимости от штата в домах используются либо системы кондиционирования, работающие на обогрев, либо газовые котлы, либо электрические нагреватели. Где-то плата за отопление включена в аренду помещения, в других [многоквартирных] домах отоплением заведует специальный вахтёр, в частном же секторе граждане живут так же, как и у нас с двухконтурными газовыми котлами (и декоративными каминами) – они сами регулируют себе температуру в доме и сами потом платят за газ/электричество. Что, по-видимому, здесь и имеется в виду: родители, привыкшие к разнообразным капризам сынишки, считают, что немного пониженная в межсезонье температура не стоит дополнительных затрат от выкручивания термостата до летней жары. Т.е. перевести следовало бы примерно так: "Мельпомена рукоплещет Несмотря на твоё блестящее выступление, термостат никто трогать не будет". К слову, как работает термостат [eng].

А вот редкий случай, когда в переводе мини-шутка потерялась. Как известно [3], Уравнение Всего вот уже лет двести (а при желании и со времён Архимеда) является одним из святых граалей физики, до сих пор ждущим своего Монти Пайтона. Мозговой мощнотрон позволил Кальвину играючи его вывести, и осталось лишь озвучить формулу Хоббсу (и читателю)... но в последний момент сверхмозг переключился на более важные проблемы.

Приятно видеть, как слово "религия" считается настолько неприличным, что лучше держать его от детей подальше, но автор, по-моему, тоже как раз по этой же теме проезжается.

"Рекламу". Кальвин постоянно, с большим энтузиазмом смотрит красочную рекламу (которую телеканалы в какой-то момент начали целенаправленно ориентировать на детей), была даже серия стрипов, как Хоббс над ним иронизирует по этому поводу.

Единственный, наверное, на всю вторую книгу стрип, который похож на ошибку перевода. Разумеется, здесь речь не о Хоббсе, потому что Хоббса нельзя назвать IT. Кальвин просто примеряет на себя роль тигра, который вечно сбивает его с ног и мутузит. На деле осуществить данный приём "оказалось сложнее, чем кажется", в чём Кальвин и признаётся (а Хоббс удивляется, как люди выжили без столь ценного навыка).

Ещё один стрип, где перевод получился прямо противоположным к оригиналу: "Главное – правильно сформулировать вопрос".

Заменять мерзкие противные сухофрукты на благородный рыбий жир?! Я буду жаловаться в Спортлото!

В рождественском стрипе редактор залюбовался ёлкой, в февральском – зачитался валентинкой и два раза пропустил традиционное "тся". Я лично считаю, что от этого облезлого щупальцевидного правила в русском языке нет никакой пользы, одна неразбериха! Но оцените заодно прекрасный перевод у стрипа с валентинкой. Капля пунктуации до кучи.

А вот единственная на всю вторую книгу шутка с игрой слов, которую не удалось локализовать, и пришлось заменить её на совершенно другую (с традиционной ловкостью, впрочем). Кстати, я не смог самостоятельно понять оригинальную, был вынужден подглядеть в гугле.

Здесь же не вижу совершенно никаких причин, по которым понадобилось менять промежуточную авторскую шутку на взятую с потолка. “Знаешь, тебе всё равно пришлось бы читать книгу и объяснять компьютеру, что писать в сочинении”.

А тут шутки по сути разные, но в принципе равнозначные.

Иной раз юмор настолько тонок, что требуется время, чтобы осознать, что же произошло (пожалуй, поменьше, чем Кальвину, но всё же ощутимое). Также обратите внимание на восхитительно ловкий перевод, особенно во втором случае [см.].

Не могу не привести ещё пару примеров, где перевод явно украсил оригинал.

Напоследок немного поэзии.

И мой любимый стрип.

Чтобы подвести итог, ещё раз отмечу, что перевод "Кальвина и Хоббса" в целом на голову выше, чем всё, что попадало мне в руки из наших локализаций. Даже там, где редакция обращается с исходным материалом чересчур вольно, в результате как правило получается либо равнозначная шутка, либо даже ещё лучше (впрочем, здесь тонкая грань, и нужно сохранять крайнюю осторожность). Надеюсь, две оставшиеся книги удержат высокую планку.

В общем же, если стрипы "Снупи" были откровенно скучноватые (впрочем, они находятся в другой весовой категории), "Муми-тролли" – довольно милые, но явно рассчитаны на любителя оригинальной серии рассказов, то гениальный, философский и очень бодрый "Кальвин и Хоббс" с ходу ворвался в наш домашний топ-3 (обосновавшись где-то между "Скоттом Пилигримом" и "Гравити Фолз"). Рекомендую настоятельно.

“Здесь повсюду сокровища!” к обзору были любезно предоставлены издательством “Зангавар”. “Все дни забиты до предела” автор купил за свои деньги и ничуть не жалеет о них.

 

Ещё много интересного
08.08.2017, 14:00 — Андрей Ложенко
Ежемесячный обзор новостей российского манга-рынка.
1197 3
19.03.2015, 11:36 — Евгений Еронин
Реакция на историю с обложкой Batgirl вскрыла большую проблему российской комикс-культуры.
16258 271
05.06.2015, 08:11 — Евгений Еронин
UPDATE: Вышел второй тизер!
16884 142